Но что-то мне подсказывает, что нет.

«Ты укушалась, что ли?»

О, нет!

Следом идет голосовой. Мой.

Прежде, чем запустить, я наливаю себе водички, выпиваю стакан залпом и подготавливаю новый. Чую, мне потребуется.

«Ты, ик, Бессовестный мерзавец… Стой, почему он мерзавец? – в это месте слышится неразборчивый бубнеж Алсу. – Точно! Надругался над девушками. И вообще ты Козел! С большой буквы! И бриться надо чаще! Ой извините, – это я уже кому-то, кто начинает возмущаться рядом со мной басистым мужским голосом. – Да ну вас в жопу, мы сейчас покажем…»

Запись обрывается, завершаясь феерическим грохотом.

Зажмурившись от стыда, я алею как маков цвет. Пережив минуту позора, я, открыв один глаз, проверяю сообщения дальше.

«Марин?»

«Марин, все в порядке?»

«Ты где?»

«Пьянь подзаборная, возьми трубку!»

Лезу снова в вызовы. Точно. Он мне перезванивал. Два раза.

Через десять минут сообщение от меня: «Это Алсу! И я против! Мишель, ты противный».

«Вы там с дуба рухнули?»

В ответ ряд сообщений со смайликами из поцелуйчиков и сердечек.

Общая переписка окончена в четыре двадцать девять.

Ясно, чего Юдина так контузило, но мне нужно это пережить. Уткнувшись гудящей головой в прохладную дверцу холодильника, я немного вою. Затем достаю шипучий аспирин, бросаю его в приготовленную воду и отправляюсь со стаканом в спальню, которую не помешает проветрить, потому что запах перегара, кажется, въелся насмерть.

За ранние побудки я, конечно, Юдину отомстила, но как теперь смотреть ему в глаза? Это я такая дерзкая была, пока всех этих сообщений не видела.

Интересно, что он сегодня гладко выбрит…

Черт, не думать в эту сторону!

Не-е, на сегодня с меня стрессов хватит. Завалюсь в кровать с любимыми романчиками про любовь и страсть и отлежусь. Навоевалась, кажись, пока.

Сказано – сделано.

Закукливаюсь в одеяло, и беру верхний из стопки тоненьких любовных романов карманного формата про любовь властного босса и трепетной секретарши. У него стоит, и у нее течет. И межуд ними непреодолимое препятствие. Должностная инструкция. В общем, все, как я люблю."

"Открываю и проваливаюсь в мир страстей, периодически отключаясь на целебный сон.

Выныриваю, когда солнце за окном начинается клониться к закату. Возвращению в реальный мир способствует звонок в домофон.

– Курьер.

– Я ничего не заказывала, – отбояриваюсь я, собираясь повесить трубку и вернуть к моменту «когда его напряженная плоть, подрагивая уперлась в ее сочащееся лоно».

– А зря, – огорошивает меня ответ посланца неизвестных сил. – Шестидесятая?

– Ну да, – теряюсь я.

– Открывайте.

Открываю. Но до чего наглые курьеры пошли!

Мнусь у двери в ожидании, прикидывая и так, и эдак, кто и что мне мог послать.