Он лишь слегка неодобрительно покачал головой, но возражать против моих методов не стал.

Вскоре дверь наконец распахнулась и мужчина зашел внутрь. Его глаза расширились от ужаса, когда он увидел меня, сидящего в его кресле.

— Кто ты? — прохрипел он, пятясь назад. — Как ты сюда попал?

Я не ответил. Просто смотрел на него, наслаждаясь моментом. Он попытался бежать и вместе с этим позвать охрану, но войдя в кабинет, он уже попал под мой полог тишины, а вот с побегом…

— Останови, — произнёс я тихо, и невидимая стена преградила ему путь.

Чиновник замер, словно наткнувшись на невидимую преграду.

Он попытался что-то сказать, но я медленно снял маску, глядя на него прямо в глаза.

— Меня зовут Максим Николаевич Темников, — сказал я, поднимаясь с кресла. — И я тот, на кого ты отдал приказ об устранении. Думаю, нам стоит поговорить и разъяснить пару моментов.

Чиновник побледнел, его руки задрожали. Он, судя по бегающему взгляду, прекрасно осознал, что оказался в ловушке, и теперь ему некуда было бежать.

Глава 13

Чиновник шумно сглотнул, его лицо стало ещё бледнее, когда он услышал, кто я. Мужчина попытался что-то сказать, но его горло, казалось, пересохло от страха.

Я кивнул на Виктора, который стоял в углу, и демонстративно чистил острием своего кинжала грязь из-под ногтей. Виктор выглядел, как всегда, хладнокровно и сосредоточенно. Чиновник зашёлся в кашле от такого зрелища, явно осознавая, в какую ловушку попал.

— Присаживайтесь, — предложил я, указывая на стул напротив. — Серьёзно, вам лучше не бежать. Иначе мой друг, — я кивнул на Виктора, — лишит вас возможности ходить. А может, и чего-то ещё более важного.

Руки мужчины задрожали, но он всё же подчинился и, когда я убрал барьер, медленно опустился на стул.

Я видел, как его взгляд метнулся к двери, но затем снова вернулся ко мне. Страх, смешанный с отчаянием, застыл на его лице.

Я, правда, не знал как бы в действительности поступил бы Виктор, но этого не знал и мой собеседник. Так что такая угроза вполне себе сработала.

— Вы же понимаете, что покушение на чиновника или его семью по законам империи карается смертной казнью? — наконец, прохрипел он, пытаясь найти хоть какую-то опору в законе.

Эта жалкая попытка зацепиться за формальности лишь вызвала у меня усмешку.

Он надеялся, что его слова испугают меня? Серьёзно?

— Вот именно, — я наклонился вперёд, встретившись с ним взглядом. — Закон Российской Империи защищает тех, кто служит ей. И вы знаете это, как никто другой. Но тем не менее, вы подделали указ на устранение сына министра финансов. Это ведь не просто ошибка, это преднамеренное преступление.

Я наблюдал, как его лицо исказилось, словно он только что осознал всю глубину своей оплошности и заблуждений. Чиновник попытался что-то сказать, но я жестом остановил его.