А так, не нужна…

– Вы ее бросили! – взревел я, – Зачем тогда снова появились в ее жизни?! Зачем изводили столько лет?!

– Эта мерзавка мне жизнь испоганила! – заверещала Елена, срывая голос, – Из-за нее у меня не могло быть детей! Из-за нее меня бросил Роман! Она должна была возместить мне все, что я потеряла!

– Вы обвинили в своих ошибках невинного ребенка? Свою дочь? – не веря и едва сдерживаясь, прорычал я.

Елена, поджав губы, отвернулась к окну, не обращая внимания на бегущие по лицу слезы. Пару минут в комнате слышалось только мое судорожное дыхание и ее тихие всхлипы.

– А почему тогда медицина? – прервав вязкую тишину, вполголоса спросил Павел.

– Мне нужен был доступ к препаратам и оборудованию, – уже почти спокойно отозвалась Елена и равнодушно добавила, – Для моего плана…

– План по разрушению жизни своей дочери? – горько усмехнулся я.

– Да плевать мне на нее было, – фыркнула Елена, – Никогда не считала ее дочерью, скорей инфантильным недоразумением.

– Тогда зачем?

– Отомстить Роману хотела, – откинувшись на спинку дивана, поделилась женщина.

– А при чем здесь Ваня? – не понял я.

– Он же сына хотел, – хохотнула она, – А тут готовый внук. Мальчик… Я бы заставила Романа пожалеть обо всем, что он сделал. Надо было только Софию устранить.

– Сука, – не сдержавшись, выругался я.

– Жены и сына тоже я его лишила, – не без гордости сообщила Елена, – Всего-то понадобилось под видом безобидных витаминов прописать ей наркотик. А дальше дело техники. Вернее, ее неспособности контролировать машину…

– Вы больны! – схватившись за голову, выдохнул я.

– Вы похоже тоже, – захохотала Елена, указывая на меня пальцем.

Гриша перевел на меня взгляд и, ругнувшись, достал из кармана и протянул мне пачку салфеток, жестом указав на нос.

Проведя пальцем над верхней губой, я с удивлением заметил кровь. Молча приложил салфетку и откинув голову, уставился в потолок, пытаясь переварить все, что услышал за последний час.

– Вызывайте бригаду врачей, – скомандовал Гриша кому-то в трубку, и тут-же добавил, – И еще одну из дурки.

Павел принес мне смоченное водой полотенце и, утерев потеки крови с лица и рук, я повернулся к Елене.

– Последний вопрос, «любимая теща», – хриплым голосом начал я, – Кто отец Вани?

– Вы этого не узнаете, – хихикнула Елена, а потом расхохотавшись, добавила, – Никогда не узнаете… Я позаботилась… Пусть это мучает вас всю жизнь.

– Тварь, – рыкнул я, метнувшись к женщине, но Гриша, удержав меня за локоть, оттащил в сторону.

– Мирон, – грубо одернул он меня, – Тебе в больницу надо.

– Обойдусь, – бросил я.

– Я не спрашивал, – кивнул Павлу Гриша, и тот с готовностью поднялся с кресла.

У подъезда уже ждала скорая и, Гриша, почти силой запихнув меня в салон, сел рядом.