Песик был жив и вяло пробовал помахать хвостом, но, как только Зайчик захотела взять его на руки, судорожно завизжал.

– Отвяжи меня скорей, – потребовал Денька.

Олька, ломая ногти, принялась за узлы. Минут через десять будущий ветеринар освободился и приступил к осмотру пострадавшего. Зайка стала распутывать Аркашку, потом вдвоем они вынули Оксанку и Наталью. Мы с Марусей покорно ждали. Наконец, освободились все.

– Мать, – свирепым голосом прорычал Кешка, – рассказывай немедленно об этих камнях.

– Да, – влезла Оксанка, – сейчас же рассказывай, ужас как интересно.

– Погодите, – вмешалась разумная Зайка, – надо быстро сообщить комиссару о происшедшем и принести кусок сырого мяса.

– Ты хочешь поесть сырого мяса, – изумилась Маруся.

– Да ты погляди на Деньку, – сообщила Ольга.

Левый глаз мальчика угрожающе распухал, приобретая красный оттенок.

– Ой, боюсь, сырое мясо не поможет, – вздохнула Оксана, – надо свинцовую примочку.

– Да ну, – отмахнулся Дениска, – у Федора Ивановича, похоже, перелом ребер. Надо рентген делать.

– Позвоню Жоржу, – сообщила Наталья и пошла на улицу в автомат.

Я налила себе большую порцию водки и храбро опрокинула рюмку.

– Налей и мне, – попросили хором Оксанка и Аркадий."

"– И мне, – подал голос Денька. Я наполнила три стопки, и они выпили, не закусывая. Вернулась Наташка.

– Комиссар сейчас приедет.

Через полчаса дом кишел полицейскими. Жорж привез всю свою бригаду: экспертов, врача и трех инспекторов. От такого количества здоровых, сильных мужчин с оружием на душе сразу стало спокойней. Врач обработал Денькин глаз и наложил Хучику тугую повязку. Походя раздал всем успокаивающие таблетки. Меня почему-то все время била дрожь, я никак не могла согреться. Наташка безостановочно зевала, а Оксанка, наоборот, постоянно хихикала.

Жорж мрачно посмотрел в мою сторону, потом сказал:

– Надеюсь, что сейчас расскажешь правду.

Я упала в кресло, вытянула ноги и рассказала все. На этот раз на самом деле все.

ЭПИЛОГ

Следующие дни прошли на нервах. Были, правда, и приятные новости. Из госпиталя сообщили, что Луизу перевели в терапевтическую палату, и она ждет нас. Я поехала немедленно.

Девушка, исхудавшая и какая-то желто-зеленая, радостно заулыбалась:

– Даша, как здорово видеть тебя.

– Лу, милая, скоро поправишься.

– Я должна рассказать о Диме. В ту ужасную ночь я услышала странный шорох в столовой. Пошла туда, было уже два часа ночи, и обнаружила, что ваш гость роется в сумке с бельем. Я возмутилась и потребовала объяснений. Он заулыбался и сообщил, что пришел не один, что ты ждешь на первом этаже в холле, я пошла к лестнице и потом плохо помню. Чувствовала только, что лечу вниз, затем, как в тумане, возник Дима и принялся бить меня ногами…

Луиза вздрогнула и заплакала.