Глава 27

— Добрый день, — тут же реагирует на новый раздражитель репетиторша, — вы же — мама Ивана, я верно понимаю? В прошлый раз нам не удалось познакомиться, и я…

Она говорит это быстрым, спокойным тоном. Нарочито спокойным и подчеркнуто деловым. Таким тоном обычно пользуются, чтоб переключить собеседника, особенно если ему пришлось стать свидетелем чего-то личного, интимного даже.

И все это прекрасно понимают.

Вроде бы, и ничего такого не происходит, вроде бы и все, как обычно…

Но когда так говорят, значит, явно тут не все, как обычно, происходило. Только что. До прихода еще одного человека.

Сжимаю зубы в ярости.

Больше ничего не могу сделать.

А вот Аня может.

И делает.

— Я — не мама Ивана, — спокойно перебивает она разогнавшуюся в фальшивом профессиональном дружелюбии репетиторшу.

— О-о-о… — та тормозит на полном ходу, переводит на меня удивленный взгляд, затем на Аню, явно желая что-то добавить. Но тут добавлять нечего. В наши семейные тайны она, якобы, не посвящена, а может и реально не в курсе. Хотя, это вряд ли.

И, скорее всего, ожидала от Ани другой реакции.

Выяснения отношений, например.

Это был бы самый интересный вариант.

Или обидок.

Или того, что Аня развернется и свалит, пылая гневом.

И тут главное: сделать максимально невинные глазки и растерянность добавить в лицо. Ах, как же так? Ах, что же это? Я же вообще не…

Ну, и так далее, чем там еще бабские загоны богаты.

Но Аня моя растанцовки не уважает еще больше, чем я.

Потому тупо обрывает чужие игры.

Проходит в гостиную, кидает сумку на диван отработанным привычным жестом, сходу показывая, кто здесь хозяйка.

У появившейся в поле зрения Михалны коротко спрашивает:

— Через час ужинать будем?

Та, остро и неприязненно глянув на все еще находящуюся в легком шоке репетиторшу, кивает и уходит.

Аня смотрит на меня, но так, странно. Коротко, и в то же время объемно, словно проверяя комплектность. Это даже забавно становится: она реально думает, что от меня тут… типа кусок оторвали? Или что?

— Тагир Хасанович… — оживает в этот момент репетиторша, поворачиваясь ко мне, и голос ее такой профессиональный, а взгляд такой беззащитный, — я бы хотела все же продолжить…

— У вас же есть электронка Тагира Хасановича? — перебивает ее Аня, проходя к кухонной зоне и включая воду, чтоб ополоснуть руки. Обычно она это делает в гостевом туалете, рядом с входной дверью, но сейчас… Это интересно прямо.

Стою, наблюдаю.

И прямо начинаю ловить некоторый кайф, чуть-чуть жесткий, но очень даже будоражащий.

Аня себя обычно по-другому ведет, более отстраненно, холодно даже. Это, естественно, не касается дел детей, тут она — само внимание и дружелюбие.

А сейчас она такая кошка, спокойная, деловая и прекрасно знающая свое место в этом доме.

Центровое. Самое главное.