Сколько их таких, стильных лесорубов, решивших, что, раз у них есть бабло, то именно они теперь хозяева жизни… А бабло-то, сюрприз! — не его даже! Папочкино баблишко. А папочка у нас — бывший партийный деятель, успевший хорошо порезвиться, растаскивая вместе с Горбачом и его коллегами остатки прежде великой страны. Меняя то, что кровью и смертями выстраивали их предки на радо и ролексы. А потом их сыновьям, которым по молодости хватало гонок на феррари по торговым центрам и перелетов в Париж, чтоб позавтракать с видом на Эйфелеву башню, становится тесно в столице. Да и папаши стареют, вползают в маразм, передавая все награбленное наследникам. В том числе и гребаное самомнение про то, кто владеет этим миром.

И сидят эти стильные лесорубы в папочкиных креслах, поменяв спорт-тачки на тяжелый бизнес-люкс, и уверены, что уж у них-то сто процентов получится. Потому что они знают, как. Они же в Лондонах обучались ведению бизнеса. И в стратегии играли тоже. И сейчас не девяностые… И потому точно-преточно знают, как надо решать проблемы, убирать конкурентов…

А вот сюрприз тебе, твареныш.

Ты не знаешь, как.

А я знаю.

— Тагир Хасанович, — приходит в себя твареныш, улыбается приветливо, видимо, решив, что, раз я сюда пришел, то буду говорить. Забавный… Хотя, нет. Нихрена не забавный. Он играл со мной долгое время. Жеку перекупили еще год назад. Девочку-репетиторшу привезли в страну тоже примерно в то же время. Новый губер, который везде поставил своих людей, и который, как выяснилось, очень любит проводить время с папашей этого щенка, на охоту они вместе ездят, старые пердуны, уточек стреляют, пересел из старой области в наш край тоже тогда же.

И вот появились у щенка интересы в моем мире.

А развернуться никак не получалось. Ни по-хорошему, ни по-плохому. Хазар — не тот человек, которого можно нагнуть. И Хазар не один. Но он — основной. И если его убрать… Причем, убрать правильно, по закону, с гарантией, то и работать можно. Легче гораздо работать.

Напрямую не вышло. Я же теперь белый и пушистый. Ко мне не подкопаться. К моим друзьям — тоже.

Раньше бы… Да, раньше бы, при должной сноровке и наглости, что-то могло и получиться. Тут как концы не прячь, а они все равно есть. И добыть их можно. Но рядом с нами вовремя появились те, ради которых захотелось стать такими вот, белыми и пушистыми.

Ради которых захотелось ломать себя, выстраивать заново, делая мир вокруг безопасным.

Спасибо им, нашим женщинам, родившим нам детей. Именно они — тот охраняющий и сберегающий контур, который ни за что не разрушишь. Жилы будешь рвать, наворачивая круги рядом, чтоб укрепить его, этот контур, чтоб сделать нерушимым.

Сами по себе мы, мужики, гребаные одинокие волки, а по сути, никому не нужные твари, хищники, приученные только грызть.