Теория о наличии группы влиятельной старой знати, которая недовольна положением дел, не нашла своего подтверждения.

С другой стороны, это всё могло быть проверкой и первым шагом на пути к полноценному сотрудничеству. Учитывая, что сегодня мы увиделись впервые, он и так сказал немало. Одни фразы про Третье отделение и лечебницу, тянут на крупные проблемы с престолом.

— Если представится такая возможность, я непременно введу вас в курс дела.

Ответ заставил его недовольно поджать губы, а Сандал торжествующе захохотал, рассекая воздух за стенами. Видимо патриций ожидал совсем иной реакции.

Тем не менее, внешне он отреагировал спокойно — поинтересовался у меня, как блины и пригласил заглядывать к нему в любое удобное время. Потом мы обменялись контактами дарфонов, перекинулись десятком фраз о еде и Владивостоке, после чего я вежливо откланялся.

Комнату я покидал с весьма странным впечатлением. Кого именно представлял Муравьёв и чего он на самом деле хотел, было до сих пор непонятно. Пока я склонялся к мысли, что он банально прощупывал меня, пытаясь оценить, насколько можно иметь дело с главой старого рода, что внезапно вылез из небытия. Вот насколько далеко простирались его планы, сказать было сложно.

В любом случае, непосредственной угрозы он не представлял и более того, мог оказаться полезным. Так что можно сказать, съездили не зря.

Проверив дарфон, отправил сообщение Ульриху, запрашивая обстановку. Получив ответ, что всё в полном порядке, чуть расслабился. А сбоку послышался тихий голос Кристины.

— Мы ещё побудем здесь? Или поедем?

Я покосился на девушку, которая скользила взглядом по окружающим нас людям. Глянув на часы, недолго подумал.

— Думаю, ещё на полчаса задержимся. Оценим, чем дышит местная знать.

Следующие пятнадцать минут мы провели в одном из дальних углов зала, потягивая лёгкие коктейли и наблюдая за гостями. Как быстро выяснилось, на приёме были не только дворяне империи. Как минимум, каждый пятый из присутствующих относился к маньчжурам или японцам. А один раз Сандал показал мне картинку с парой монголов, которые молчаливо подпирали стену и хищно поглядывали на всех вокруг."

"Я решил сделать вылазку к ближайшему столику за новым коктейлем, но по пути внезапно столкнулся с Келером. Генерал-губернатор не захотел ограничиваться формальным приветствием и к моему удивлению, завёл речь о войне родов с Ореховыми. Правда начал настолько издалека, что было непонятно, к чему он вообще ведёт.

Кристине пришлось продолжить поход к столику с закусками в одиночестве, а я остался слушать многословные конструкции наместника.