В глазах Абрамова светилось торжество

Что же ответить?

Разумеется, ни о каких оргазмах не может быть и речи!

Я даже не целовалась с Пашей по-настоящему, но…

Ответить “нет” я тоже не могла. Это унизило бы рейтинг Паши в глазах других. Потому что эта компания – не компания друзей или приятелей. Это просто свора гнусных сплетников. Каждый сам за себя…

Я даже представить боялась, какие сплетни разойдутся, если я отвечу “нет”. Марк не сделает ничего, но его прихлебатели расстараются, начнут говорить, что Паша импотент или еще чего хуже, поднимут на смех.

Я не могу ответить…

Вариант “да” – тоже невозможен! Язык не повернется…

что же делать? А если я откажусь отвечать, то что потом? выполнять задание Марка?

Что, если он прикажет мне убраться из “Премиума”?!

Я несмело взглянула в его сторону и по жадному огоньку в зрачках поняла, что он предпочтет другое. Скорее, заставить меня делать задания…Но не за себя, а за своих придурочных дружков, вынудит комнату прибирать или таскать ему полотенца в душевую, может быть, сумку носить на его тренировки… Словом, что-то такое, что покажет, будто я у него до сих пор на побегушках и ничего не изменилось.

Поэтому я отрицательно покачала головой.

Вокруг стало тихо.

– Действие…

Мои слова услышали все.

Марк чуть не взвился над диваном. Его губы прорезала широченная ухмылка, и я поняла, что погибла, пропала… Он так и задумывал! Вогнал меня в тупик, чтобы я была вынуждена выбрать “действие”.

И теперь только от слова Короля зависела моя участь.

Что же он придумает?!

– Действие! – Марк покатал это слово на языке, как десерт.

Я замираю не дыша и кажется, все вокруг, тоже не дышат. Они только переводят взгляды с меня на Марка и обратно.

– Спорим, ты не продержишься в одной комнате со мной и пятнадцати минут?

– Это твое действие?

– Да. Ты и я. За закрытыми дверями!

Черт. Черт. черт… Занавес! Не представляю, что он задумал, но мое тело уже покрывается мурашками и странным жаром.

Я некстати вспоминаю свой сон. Он и я. Двери закрыты. Мы одни…

По коже ползут просто табуны мурашек, внутри разгорается жар.

От которого не скрыться.

Но что усугубляет ситуацию больше всего, это прикосновение Марка к моей руке.

Оказывается, он резко встал и обошел столик, потянул меня к себе, прижав к раскачанному телу.

Я все еще в ступоре. Его прикосновения полны огня, а внутри меня смешиваются ядовитые смеси из ненависти и обиды вместе с трепетом перед ним. Обидно, что он до сих пор так волнует меня, как девушку!

Он всего лишь крепко обхватил меня за руку и на секунду прижал к великолепному торсу, как в каждой клеточке тела словно загорелись лампочки.

Огоньки побежали всюду.