Даже Салли Ладлоу, состоявшая в счастливом браке с мистером Ладлоу вот уже десять лет, в восхищении уставилась на его светлость. Чарли шел через комнату, грациозный, как пантера, гибкий, стройный, темноволосый и темноглазый, и трость, на которую он опирался, ничуть не умаляла производимого им впечатления.

Эдвард, похоже, в отличие от всех прочих находил брата всего лишь забавным.

— Как мило с твоей стороны, что ты пришел, Чарли, — сказал он. — Это моя жена Франческа. Франческа, дорогая, это мой старший брат.

— Как мило было с твоей стороны пригласить меня, Нед, — распевно произнес Чарли, склонившись над рукой Франчески. — Я так долго ждал возможности познакомиться с этой леди.

— Но я так много о вас наслышана, ваша светлость, — сказала Франческа, присев в реверансе.

Дарем сделал паузу, поглаживая большим пальцем ее кисть и изучая ее через прищур.

— Все о моих прегрешениях и скандалах, я надеюсь?

Она сдержанно кивнула и улыбнулась:

— В основном именно это, ваша светлость.

Губы его медленно расплылись в улыбке.

— Превосходно. Добро пожаловать в нашу семью, дорогая. Вы должны звать меня Дарем.

— Ах, — сказал Эдвард, — рад наконец это услышать.

Герцог бросил на Эдварда раздосадованный взгляд.

— Да, черт возьми, стоило бы порадоваться.

Эдвард лишь улыбнулся и отвел Франческу в сторону.

— Давно пора ему проявить интерес к собственному титулу.

— Но и ты не планируешь махнуть на все рукой. — Франческа тоже говорила шепотом. Что бы ни говорил Эдвард о том, что смирился с перспективой утраты Дарема, Франческа знала, что в душе он слишком сильно привязан ко всему, что с детства считал своим наследием и судьбой, чтобы отказаться от всего без борьбы.

— Конечно, нет. Но Чарли не обязательно об этом знать. Ему полезно и самому немного потрудиться.

Франческа сдержала смешок, и Эдвард ей подмигнул. Франческа вспомнила, как сочла его когда-то холодным и бесцветным, и покачала головой. Как она была не права, как сильно заблуждалась! Он не был на нее похож, но дополнял ее во всех смыслах. Его сильные стороны подкрепляли ее слабости, и, как она надеялась, ее сильные стороны станут для него опорой. Она уж точно не ожидала, что найдет в нем свою любовь, и до сих пор не могла привыкнуть к силе своего чувства.

К ним подошел Блэкбридж и, деликатно покашляв, протянул Эдварду письмо.

Эдвард приподнял бровь и прочел надпись на конверте. Франческа увидела нацарапанные сверху слова «особой важности». Кивком он отпустил дворецкого и сломал печать. Пару секунд он читал молча, затем нахмурился.

— Господи! — еле слышно пробормотал он.

— Что-то не так? С кем? — Она заботливо погладила его предплечье.

— С моим братом Джерардом, — сказал Эдвард, продолжая читать. Он накрыл ее руку своей ладонью.