Он ловко уворачивается — в чем я и не сомневался. Смотрит на меня ошалевшими глазами.

— Эй! Ты охренел?!

— Заткнись, понял?

Не смей трепать языком про мою Зайку!

Не ваше собачье дело, с кем я уехал. И кто потом уехал от меня. Потому что я дебил и животное… А должен был быть эльфом!

— Значит, в последний момент не дала, — рассуждает Кабан.

Михей помалкивает. Он меня лучше знает. Видит, что я весь на нервах. И сейчас меня донимать точно не стоит…

— Ну, точно не дала, — не унимается Кабан. — Бывают такие. Турбо-динамо. Вроде все пучком, вы уже едете в такси, и она вдруг: ой, я не такая! Остановите, я свой трамвай подожду.

— И часто у тебя так бывает? — ржет Михей.

— К счастью, редко. А у тебя что, не было никогда?

— Ну, например, вчера, я сам одну отшил.

— Че, страшная была?

— Да нет, симпатичная.

Ну, слава богу, переключились на любовные похождения Михея. А то я уж думал, придется Кабану морду бить…

А Михей же, кстати, с этой Юлей вчера ворковал. Вернее, она с ним. А Юля — подруга Зайки. Так что я активно грею уши.

— А чего тогда отшил? — спрашивает Кабан Михея.

— Да борзая очень.

Не люблю таких.

— Не любит он… Ишь ты, какой переборчивый! А мне нравятся дерзкие девчонки. С ними не скучно.

Я думаю о Зайке.

Она дерзкая. Но при этом жуть какая пугливая. Удивительное сочетание!

Она вся удивительная. Нереальная. Нежная и страстная. А как она стонет! А как кричит, когда кончает…

— Мля! — ругаюсь я.

— Вар, ты чего?

— Ничего!

Замечтался, побрел куда-то, как лунатик, врезался дурной башкой в шведскую стенку.

— Заткнитесь! — рычу я на ржущих друганов.

Пойду я, пожалуй, отсюда. Пока меня штангой не придавило.

Или я кому-нибудь ненароком башку не открутил…

* * *Зайка.

Моя девочка. Моя сладкая ягодка. Нежная малинка…

Вижу ее хрупкую фигурку за стойкой администратора салона красоты — и меня как будто кипятком ошпаривает.

— Что, опять кофе пить пришел? — раздается рядом голос Семена.

— Ага.

Он смотрит через улицу, проследив за моим взглядом. Конечно, уже давно догадался, за каким кофе я сюда таскаюсь. Выгляжу в его глазах дебилом. Но мне насрать.

Семен снова поворачивается ко мне.

И роняет челюсть на пол.

Потому что я достаю из рюкзака настоящий полевой бинокль.

А что? Я хочу видеть Зайку во всех подробностях.

— Ну ты, Вар, даешь… — пораженно выдыхает он.

— Какие-то проблемы? — рявкаю я.

— Да нет. Никаких. Можешь хоть подзорную трубу притаскивать. Мы всем посетителям рады. Даже долбо… Особенно таким уважаемым людям, как ты.

— Исчезни. И пусть мне еще эспрессо принесут.

У меня этот эспрессо скоро из ушей польется…

Я наблюдаю за Яной. Вижу, что она жует бутерброд всухомятку, пока рядом никого нет.