Но больше всего меня интересует кухня… Это просто какой-то космический корабль! У меня руки чешутся приготовить что-нибудь этакое в духовке с функцией пароварки и на индукционной плите.

Но вместо этого, ближе к вечеру и к возвращению Варлама, я делаю заказ в супермаркете. Состав моего заказа: пицца, чипсы, шоколадки. И пиво.

Я включаю телевизор в гостиной, разбрасываю везде чипсы, раскладываю где попало надкусанные куски пиццы. Пиво выливаю в раковину, а пустые бутылки ставлю на видное место.

Пусть Варлам думает, что я такая. Что я весь день смотрела телевизор за пивом и чипсами. А на ужин я ему предложу разогреть поганую холодную пиццу… А она действительно поганая! Я еле прожевала один кусочек.

Может, я сошла с ума? Может, это все слишком? — думаю я, обозревая искусственно созданный бардак.

Мне вдруг хочется немедленно все убрать… Но я не успеваю. Слышу шум хлопнувшей двери.

Варлам!

Я плюхаюсь на диван, в одну руку хватаю пульт, в другую — бутылку с пивом.

Сейчас он войдет в гостиную… Посмотрим, какое у него будет лицо!

63

ВарламСегодня ко мне заявился Серега Краснов. Представитель противоборствующей стороны.

— Короче, у нас к тебе предложение.

— Слушаю очень внимательно.

— В качестве компенсации за участок пацаны решили предложить тебе долю в будущем торговом центре.

— И какую долю?

— Договоримся.

— Вряд ли. Меньше чем на тридцать процентов я не соглашусь.

— Волчара, ты охренел?

— Я всегда был охреневший. Забыл?

Конечно, охренел. Никто мне тридцать не даст. Даже десять — перебор. Но мне и не надо. У меня на этот участок свои планы.

Да, можно было бы на все забить. Согласиться на их условия, закрыть вопрос и вплотную заняться Зайкой. Есть такой соблазн…

Но кем я буду, если ему поддамся? Маминой писей?

Я мужик. Я делаю дела и решаю вопросы независимо от своей личной жизни. А, если я размякну и дам слабину — эти шакалы сразу попытаются огрызть у меня еще что-нибудь.

Поэтому я останусь жестким и бескомпромиссным Волчарой.

— Не хочешь по-хорошему — будет по плохому, — бычит Серега.

— Как скажешь, дорогой, — ласково произношу я. — По-плохому — как раз моя специализация.

Мои партнеры и друзья знают этот ласковый тон. Медведь говорит, что, когда я начинаю так разговаривать, даже ему хочется надеть памперс.

— Помнишь, как восемь лет назад у нас с тобой было по-плохому?

У Сереги аж рожу перекашивает. Он помнит… И я помню. И повторять тот кровавый замес вообще не хочу.

Но ему об этом знать необязательно.

В общем, Серега уходит несолоно хлебавши. Но с уверенностью, что я готов идти до конца.

Так и надо.

* * *Зайка мне вчера не дала. Ни грамма любви и ласки. Даже спинку почесать перед сном не позволила. Загоняется девочка. Говорит, что не хочет меня.

Я знаю, что это не так.