Видимо, Недежка дал четкие инструкции, кого вызывать, а иначе странно, что этот орун игнорирует мою кандидатуру. Я уже и мухой его обозвал, и руки распустил, но нет, мало ему.

Орал он, правда, громко. Люди вокруг смотрят с неодобрением на секунданта. Даже пермяки и те морщатся от поведения своего земляка, но молчат.

— Дуэль? — фыркает вернувшийся Гриша. — Да с радостью!

Эх, Гришка опять спешит. Куда ему сейчас еще второй бой?

— А разве это честно? — я демонстративно требую внимание Фиткина, он как раз рядом с нами оказался. — Господин судья, ваше мнение?

— Я запрещаю два поединка подряд одной персоне, — хмурится услышавший Фиткин. — Что еще за глупости? Это травомоопасно и нечестно.

— Вот именно. Полностью согласен с вами, господин судья. А вы, сударь, не отчаивайтесь, — я усмехаюсь и бросаю безобидный псионический конструкт в лицо секунданту. — Вот вам настоящий повод для дуэли!

Конструкт прилепляется аккурат на лоб пермяка. Никакой замысловатой вязки. Никакой угрозы. Всего лишь лиловый искрящийся слепок в виде грибовидной палки и двух шаров по бокам.

Дворяне с недоумением смотрят на конструкт, в котором, несмотря на грубость вязки, невозможно не узнать мужские гениталии. Недоумение зрителей длится считанные секунды, а потом ползала разражаются громким смехом. Барышни рядом со мной краснеют и отводят глаза, но на их лицах всё же мелькают веселые улыбки. Я также замечаю опешившую леди Барбару в сторонке. Чтобы англичанка не волновалась, подмигиваю ей, мол, всё хорошо, расслабься и получай удовольствие.

Месть удалась. Пошло и вульгарно? Безусловно. Зато пермяки теперь будут знать, как швыряться магическим сгустками в лицо моему другу. Я за это им такой здоровой дилдо на лоб навешу, обзавидуются!

— Убери его! — шипит пермяк, безуспешно пытаясь смахунть со лба произведение телепатического творчества. — Ты слышишь?! Я требую убрать!

Я оставляю его требования без ответа, а просто иду на арену. К чему разговоры? После такого позора — он либо примет бой, либо уедет на Аляску с концами.

— Даня, постой! — казах подходит ко мне и вручает трофейный меч побежденного воздушника. — Без меча — не по-дворянски же!

— Спасибо, — беру я клинок, всё равно лень посылать к машине за навахой.

Пермяк наконец надевает огненный доспех, и конструкт сразу развеивается. Этот образец я сделал в часы полуночного сидения над техниками, даже не помню, как он у меня получился. Вроде бы я вязал пси-катапульту, а вышло то, что вышло. Зато таким нехитрым способом я уже немало узнал о противнике. Во-первых, огневик. Во-вторых, крепкий Воин, раз умеет в антипсионическую защиту. Может, поэтому пермяк и медлил с доспехом — не хотел, чтобы я оценил его ранг. Но всё же он сдался.