Без одобрения жены такую обычно не купишь, а редко какая гречанка согласится иметь в доме смазливую конкурентку. Поскольку я брал для работы на клере, мне нужна была в первую очередь крепкая молодая крестьянка, пусть даже и красивая. Я нашел такую, после чего начал подыскивать ей пару.

— Купи вот этого. Он хороший рудознатец, — показывая на крепкого мужчину лет тридцати пяти, предложил мне торговец-финикиец с выпуклыми черными глазами, поблескивающими, как у обкуренного марихуаной.

Вполне возможно, что без конопли не обошлось, только ее сейчас не курят, а вдыхают дым, кидая гашиш в маленьком закрытом помещении на нагретые камни. Эдакий вариант веселой бани. Скифы проделывают это в чем-то типа юрты, сооруженной из куска войлока. Разводят в ней костер, нагревают камни, кидают на них коноплю и балдеют.

— Мне нужен обычный крестьянин, молодой и сильный, — сперва отказался я.

— Он сильный, посмотри, какие мышцы! Сможет и на поле работать! — настаивал торговец.

— Но не молод, — указал я.

— Продам не дорого, всего за пять мин, — предложил он.

— Он и трех не стоит, — отмахнулся я, подходя к рослому и мускулистому парню дет двадцати, обладателю крупных кистей, напоминающих лопаты.

— Хорошо, отдам его за четыре мины, — продолжал торговаться финикиец, а заметив мой интерес к другому рабу, предложил: — Бери двоих за десять мин.

— За шесть, — сказал я, подумав, что рудознатец мне может пригодиться, а нет — будет работать на клере."

"Сошлись на семи с половиной минах серебром. Рудознатца звали Ситалк. На самом деле он был кем-то типа начальника смены на одном из рудников, добывавшем медь и золото царю Александру. В восстании не участвовал, но был пойман, когда пытался убежать с рудника с килограммом добытого золотишка.

— Знаю место в здешних горах, где должны быть медь и золото. Сможешь организовать разработку их? — спросил я.

— Трудно найти месторождение, а организовать — на это ума большого не надо, — ответил Ситалк.

— Вот и поедем поищем, — предложил я и простимулировал: — Найдем, станешь начальником рудника, не найдем, отправишься пахать землю.

Я примерно помнил, где будет находиться рудник, который в шестом веке после рождества Христова отобью у кочевников. Осталось договориться с таврами, потому что без их согласия идея быстро накроется медным тазом, еще не выплавленным. Поскольку у меня установились доверительные отношения с Бутунатосом, если ему вообще знакомо слово «доверие», провел переговоры с ним.

— Район (я описал примерное расположение будущего рудника) принадлежит твоему племени? — спросил я.

— Да, — подтвердил он.

— Я хотел бы арендовать там участок земли. Попробовать поискать там медную руду. Если найду и начну добывать, вы будете получать десятую часть, — предложил я.