Наверное, это случится уже при римлянах, которым нужны будут дополнительные помещения для обеспечения гладиаторских боев. На агоре — центральной площади — возле храма Девы (Артемиды) стоит плита из светлого мрамора с карнизом и фронтоном, на которой высечена присяга гражданина Херсонеса. Как принято у нынешних народов, обладающих письменностью, текст без пробелов и заглавных букв. Традиция эта доживет до Позднего Средневековья. «Свой» дом не нашел. Сейчас то место, где он будет стоять, занимает двор другого жилища, намного большего. Видимо, в будущем этот участок разделят на два или даже на три.

И свой клер не обнаружил. Вроде бы нашел похожий, но вместо каменного дома на нем была хибарка из прутьев, обмазанных саманом, в которой обитали два старых раба, скорее всего, фракийцы. Они мне сказали, что клер принадлежит нынешнему басилевсу Деметрию и не продается. Странно, прошло столько лет, если ни веков, и город не такой, как будет, а у меня чувство, будто жил здесь все время, отъезжая ненадолго. Вот и сейчас вернулся домой из похода.

Агасикл искренне обрадовался, когда я сказал, что готов обосноваться в Херсонесе.

У демиурга сразу включился моторчик, зафонтанировали идеи.

— Когда закончится срок Харисия, изберем тебя полемархом! — первым делом огласил он торжественно.

— Сначала надо, чтобы я стал гражданином Херсонеса, — напомнил я.

— Это не проблема! — отмахнулся демиург. — Мы тут поговорили с басилевсом, он сказал, что поддержит твою кандидатуру, если пожертвуешь храму Артемиды талант серебра. Уверен, что тебе это под силу.

Под силу, конечно, но это уже чистый грабеж! Могли бы ограничиться десятком мин серебра.

Делать было нечего, пришлось согласиться. Я отстегнул золотыми дариками, которые взяли с удовольствием. Херсонесцы чеканили только серебряные и медные монеты, а для торговли с соседями нужно было и золото.

Утром следующего дня после уплаты я предстал на агоре перед собравшимися жителями славного города Херсонеса и напротив плиты с присягой, чтобы произнес ее без запинки. Вообще-то ее надо знать наизусть, но это только для неграмотных, точнее, тех из них, кто не мог нанять грамотного подсказчика.

— Клянусь Зевсом, Геей, Гелиосом, Девой, богами, богинями и героями Олимпийскими, которые владеют городом, полисом и укреплениями херсонесцев… — торжественно отбарабанил я.

Собравшиеся на агоре радостными криками одобрили появление нового гражданина. Они знали, кто я такой и какой взнос сделал в храм Девы (Артемиды), и видели амфоры с вином, выставленные неподалеку от места присяги, и чуяли запах мяса двух бычков, запекаемого на жертвенном дворе для тех, кто пришел на торжественное мероприятие.