Поскольку я был командиром илы в армии Александра Македонского, все горожане, включая командира гарнизона по имени Пириламп, старого вояки, потерявшего кисть правой руки во время похода на иллирийцев, относились ко мне с должным уважением, как к соотечественнику. Пириламп даже предложил мне купить выморочное поместье, хозяев которого выкосила какая-то заразная болезнь, и стать македонским «дворянином». У меня сложилось впечатление, что болезни в этом городе служат мне во благо. Только вот не долго на этих болотах и самому заразиться. Я сказал, что подумаю. Не говори «нет», пока не допрыгаешься.

По будням рано утром мы вместе со Скилуром отправлялся верхом на лошадях в порт Эйон, расположенный в четырех километрах от города, в устье реки. Там я арендовал пустующий стапель и взялся за постройку парусно-гребного судна. Уже так наблатыкался в этом деле, что сам был и заказчиком, и кораблестроителем. Не знаю, к какому классу отнести это судно. Это был мой собственный проект на основе скампавеи. Оно будет длиной двадцать пять метров, шириной — пять, осадка — метр двадцать, водоизмещение около ста тонн. Две мачты-однодеревки будут иметь косое парусное вооружение.

К фок-мачте добавлялся съемный брифок — прямой парус на случай попутного ветра. Двенадцать пар весел послужат движителем в безветрие и при маневрах в портах и на реках. Поскольку медь все еще дорога, обшивать ею корпус не стал, набрал подводную часть судна из тисовых деталей, чем поразил аборигенов. Они считают тис деревом смерти. Может быть, из-за ядовитости, а может, потому, что отправляли в Египет, где из него делали саркофаги. И еще фурии — богини мести — всегда изображаются с факелами из тиса. Впрочем, я и так постоянно поражал их, потому что строил судно вопреки всем их канонам. Предсказания, что мое творение потонет во время первого же выхода в море, слышал ежедневно, пока не был готов корпус судна. Его идеальные обводы произвели впечатление на местных моряков. Красивое не всегда правильно, но правильное всегда красиво. Корпус был проконопачен и покрыт смолой и специальной мазью, состав которой я помнил со времен службы под британским флагом, после чего спущен на воду. Остальное можно доделать и на плаву, у каменного мола. "

"Теперь уже местные корабелы приходили не просто полюбопытствовать, а подсмотреть, позаимствовать какое-нибудь новшество, которое можно применить на круглых судах. В первую очередь их интересовал судовой набор: шпангоуты, бимсы, пиллерсы, флоры, стрингеры, карлингсы и способы их крепления, в том числе с помощью книц. Впрочем, таких названий они еще не знают, придумывают свои. Я ничего не скрываю, разрешаю полазить внутри, посмотреть, потрогать руками, особенно тем, кто соглашается бесплатно помочь моим рабочим.