Да и какое теперь это имело значение? Срубивши голову, по волосам не плачут… Романова сама выбрала свой путь — вопреки обстоятельствам, быть рядом с Тимом — и ни за что не свернет с него, не позволит никому разрушить их пока еще очень зыбкое счастье. Сглотнув горький ком в горле, она нацепила дежурную улыбку и повернулась к Карине.

— Какое мне дело, где он справляет нужду, если любит он меня?

— Да ты… — Базанова была возмущена до глубины души и никак не могла придумать достойный ответ.

— Ну чего ты добиваешься?

— Оставь Громова в покое, он мой!

— А если нет?

— Ты об этом пожалеешь, я тебя раздавлю.

— Ты мне что, угрожаешь?

— Предупреждаю.

— Слушай меня сюда, — не выдержала Ира, даже ее ангельскому терпению пришел конец. — Я тебе уже Бушина оставила, вот и наслаждайся! И не смей больше ко мне приближаться, не то я сама тебя раздавлю!

— Да ты охренела! — воскликнула Карина и удивленно округлила глаза.

— Вон пошла! — рявкнула Ирина и открыла перед ней дверь.

— Сука, — прошипела Базанова и пулей вылетела в коридор.

— Не захлебнись!

Закрыв дверь на ключ, Ира прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза.

Нечасто она показывала коготки, совсем не хотела ввязываться в открытый конфликт, но сейчас ей было, что терять, — она защищала свое счастье, свою любовь. А секс с Кариной едва ли можно назвать изменой, ведь Тим изначально об этом говорил, да и ей вскоре придется спать с другими мужчинами… «Просто нужно попытаться принять это как данность и не заострять внимание на пустяках», — подумала она.

— Ириш, ты чего? — взволнованный голос Громова вывел ее из раздумий.

Романова вздрогнула от неожиданности и резко распахнула веки.

Сердце встрепенулось, а тепло привычно разлилось по венам. Его нежный, полный тревоги взгляд разбивал все сомнения в прах. Главное — они вместе и любят друг друга.

— Ничего, — отмахнулась она и, улыбнувшись, провела ладонью по гладко выбритой щеке, переключая внимание Тимура. Ей совершенно не хотелось выяснять отношения — все равно ничего изменить было нельзя.

— Я слышал голоса. С кем ты разговаривала?

— Да так, ни с кем…

— Ир, — серьезно произнес Громов, перехватив ее запястье. Он осознавал, что лучше все выяснить сейчас, чтобы между ними не осталось недосказанностей, иначе потом наберется целый клубок проблем, выпутаться из которого будет непросто.

— Карина приходила, — Ира сдалась под его напором.

— Что хотела?

— Да ничего, желчью поплевалась и ушла.

— Все хорошо? — спросил Тимур, заглянув в небесно-голубые глаза. Ирина была взволнована, но упорно не хотела говорить об этом.

— Хорошо.

— Уверена?

— Да.

— Иди ко мне, я уже соскучился, — хрипло прошептал он и, проведя ладонью по ее талии, развязал пояс халата.