Слишком много, слишком быстро и совсем не так, как я представляла. Его губы оставляли грубые поцелуи на моей шее, руки блуждали по моему телу, сжимали талию и грудь до боли. Бедрами он врезался в меня, не принося мне ничего, кроме дискомфорта. Когда его рука поднялась выше и сжала мою шею, а зубы прикусили мою нижнюю губу до боли, я в панике распахнула глаза.

Мое дыхание участилось, но вовсе не от возбуждения, а от того, что он лежал на мне, и я не могла сделать вдоха. Его рука стала пробираться в мои джинсы и это моментально отрезвило меня."

"– Мейсон, погоди, – сказала я, мягко отталкивая его от себя и сводя бедра вместе.

Он оторвался от моей шеи, которая от грубых укусов горела пламенем, и уставился на меня глазами полными похоти.

– Что такое, детка? – заботливо спросил он, и это так разнилось с его взглядом.

– Все очень стремительно.

Он непонимающе сдвинул брови к переносице.

– Я что-то делаю не так?

«Все», – хотелось сказать мне.

– Нет, просто я не настроилась, мне нужно время.

Я легла и похлопала рукой перед собой, чтобы он расположился напротив меня. Мейсон послушался. Он все еще не мог восстановить дыхания. Мой взгляд скользнул вниз, замечая внушительный бугорок в районе его ширинки.

К горлу подступил странный комок.

О, нет. Это же не чертов страх?

Я была готова к этому, знала, что рано или поздно это произойдет, но почему-то сейчас на меня напала неуверенность.

Да что со мной такое? Веду себя, как монашка. Я сделаю это сегодня, и никто не помешает мне!

– Я слишком тороплюсь, понял, прости. Просто я мечтаю об этом так давно, что мне едва удается сдерживать себя. Я согласился на тупой фильм с Джефри, потому что думал расслабить тебя.

– Расслабить меня торчащими кишками из живота копа? – изумилась я. – Если кого-то это расслабляет, то у меня для него плохие новости.

Мейсон задумчиво почесал подбородок.

– Да, это была самая тупая идея, которая только могла возникнуть, – признался он.

Я выдавила из себя улыбку и погладила Мейсона по лицу.

– Давай начнем с малого, я схожу вниз и просто принесу нам чего-нибудь выпить, вина, например. Твоя мама все еще держит парочку вин на кухне или нужно спускаться в кладовую? – спросила я. Обычно мы с Мейсон брали выпивку его родителей, и если это замечалось, спихивали все на Джефри. А Джефри никогда не возражал. Кажется, ему действительно нравилось быть засранцем и выводить все семейство на эмоции.

Мейсон перекатился на спину и закинул руки за голову.

– Да, на кухне есть, и мне нравится твоя идея, – кивнул он с маленькой улыбкой на губах.

Но почему мне показалось, будто эта улыбка была вынужденной?

Я вышла из комнаты. Мою шею все еще саднило от неприятных действий моего парня.