"

"Ох, ничего себе! Он и так выглядел пугающе, а когда так смотрел, то и вовсе пробирало до дрожи. Ощутила, как внутри что-то сжалось, а в кровь хлынул адреналин. Что за странная реакция?

Я даже забыла, о чём до этого говорила Матвею. Впрочем, парень тут же начал рассказывать мне о своей поездке на дачу, и я, немного успокоившись, вновь вернулась в русло беседы.

В обед все разговоры были лишь о новеньком. Никто ничего о нём не знал, но все его как-то побаивались. Не только из-за его жутковатого вида, но и из-за хмурого выражения лица и пристального взгляда. Да, похоже, что он не только на меня производил подобное впечатление. Поэтому никто не пытался вступить с ним в контакт и пообщаться.

Коллеги строили предположения, откуда у него этот жуткий шрам, и как он его получил. Все теории были одна бредовей другой. Я втихаря поглядывала на него в столовой. Он сидел один.

Мне подумалось, что ему, наверное, жутко некомфортно. Но подходить не стала. Такой отчаянной смелостью я не обладала. Я вообще была трусихой и, признаться, этот Артём пугал меня до чёртиков.

Я словно невзначай наблюдала за тем, как он встал и направился к выходу. Как он красиво двигается! Словно хищник. От него так и веяло опасностью.

Через пять минут я тоже вышла из столовой. В холле у лифтов столкнулась с Главным.

— Привет, Анечка, — улыбнулся он.

— Здравствуйте, Глеб Михайлович, — пискнула я, стараясь слиться с окружением.

Он нажал на кнопку, двери открылись, и мы вошли внутрь. Повисло неловкое молчание. Блин! Надо было подзадержаться чуток и пропустить его.

— Анечка, ты прекрасно выглядишь, — заявил мне начальник. Чёрт!

— Эмм… спасибо, — пролепетала я, стушевавшись. Ну почему лифт едет так медленно?

— У тебя очень красивые волосы. Ты натуральная блондинка? — продолжал директор. Да ё-моё! Быстрее давай! Открывай эти чёртовы двери!

— Нет. Крашусь, — судорожно выдавила я, нервно щёлкая костяшками пальцев.

— Тебе очень идёт, — заверил меня директор.

В этот момент двери лифта, наконец, распахнулись, и я, пулей вылетев наружу, стремглав помчалась в зал. Когда ворвалась внутрь, то поймала на себе испытывающий взгляд новенького. Я поежилась от него, настолько он был пронизывающим.

Мне показалось, я заметила, как нечто наподобие ухмылки промелькнуло на его лице. Или всё же померещилось? Возможно, он заметил, что я была в лифте вдвоём с Главным, из зала был виден весь холл, и по тому, как стремительно я из него выскочила, сделал какие-то свои выводы.

Внимание Глеба Михайловича начало превращаться для меня в проблему. Поначалу ничего такого он не проявлял, но последние месяцы мне стало казаться, что он флиртует со мной. Он старался остаться со мной наедине, говорил комплименты, а один раз даже предложил мне место своего помощника.