Инфузория какая-то…

Залипаю на дорамах, жалко героинь, которые страдают и страдают.

Не хочу страдать. Не хочу и не буду!

Мама просит приехать, скучает. Ждут меня на выходные. Я приезжаю. Выхожу прогуляться с Глебом, и мы встречаем Богиню. Она приглашает в гости, и я как-то незаметно слово за слово рассказываю ей всё, что случилось. Брат не слушает – мы его отправили чинить богинин ноут.

- Значит, вот так? Да уж… Ох уж эти… мужики! Никак не могут стать мужчинами. Но ты… ты это так ему не спускай! Возьми себя в руки. Как эта твоя… Щепка. Железная. И ты тоже железной будь.

Просто поверь в то, что тебя никто и никогда не сможет обидеть или унизить. Потому что тебе на всех плевать! Вот! И возвращайся в эту школу! И… выдай там ему, по первое число! Чтобы… Чтобы его жаба душила потому, что ты не с ним. Чтобы бесился. Чтобы спать не мог.

- А если ему на меня плевать?

- Ему? На тебя? Плевать? - она смеется заразительно, снимая огромные стильные очки, вытирая слезы, - Ой, насмешила! Ой, глупая! То есть после всего этого он к тебе полез целоваться, а ты считаешь, что ему плевать?

- Кто полез целоваться? – Глеб всё-таки слышит.

– Коршун?

- Нет, чижик… До Коршуна ему еще расти и расти. И всё-таки, я бы на твоем месте устроила ему… Варфоломеевскую ночь!

Я не очень понимаю, что она имеет в виду. Но новые фото с Инной, которые вылезают на моей страничке опять приводят в ярость.

Ну что ж… Мы принимаем бой.

Сначала парикмахерская. Нет больше милой девочки Селены. Синеглазки. Нет!

Специально покупаю линзы. Почти черные. Пусть любуется. И прическу меняю. Мне не идёт быть брюнеткой, но плевать.

Нежной девочки больше нет.

Есть та, которой тоже всё равно. Железная, пусть не Щепка, но…

Сотка.

Почему нет? Фамилия у меня Сотникова, так что… буду Соткой. И не железной, а стальной.

И всё-таки, перед появлением в классе «Е» я мандражирую.

Маме легко удалось меня перевести – я знаю, что это папа Коршуна надавил.

Меня он бесит. Но я вижу, как он на маму смотрит, пылинки сдувает. Пусть живёт пока.

Стою в коридоре. Слышу сердитый голос директрисы «Ксенона», Ксении Сергеевны, которая меня привела.

- Одиннадцатый «Е», почему сидим? Встаем, когда директор заходит. Ольга Александровна, что у вас тут опять за представление? Торопов, Щепкина? Те же на манеже?

Так… меня слегка подколбашивает.

Опять Тор и Щепка? Что он еще там натворил?

- Ольга Александровна, с сегодняшнего дня в вашем классе будет не двадцать четыре ученика, а двадцать пять. Заходи, давай, что ты там стоишь, скромничаешь? Вот, прошу любить и жаловать. Не новенькая, почти старенькая. Селена Сотникова теперь учится с вами.

Я захожу и сразу натыкаюсь на дикий, злой взгляд Коршуна.

А мне плевать! Он мне никто!

Глава 43

Адский трэш и угар!

Вот это её явление.