Это был поцелуй, который требовал больше, чем просто ласк, это было выражение страсти, готовой разгореться в любой момент.

В этом мгновении страсть взяла верх, создавая энергетический взрыв, который окутывал нас обоих. Именно она стала нашим языком, а взаимное влечение — мощным диктатором. Наши губы, сталкиваясь в буре наслаждения, передавали друг другу жажду и жгучее желание. Наши тела были зажаты в страстном объятии, где каждое прикосновение было ответом на внутреннее волнение.

Грубость и страсть стали невидимыми нитями, связывающими наши души. Поцелуй был словно жарким выражением физического влечения.

Найдя в себе силы, я решительно отстранилась. Взгляд мой был наполнен смешанными эмоциями, от похоти до смущения. Тот момент был как всплеск энергии, и я осознавала необходимость немного отступить, чтобы вздохнуть и собраться.

Вадим тоже пытался взять под контроль собственные чувствами. В его глазах мерцали следы желания.

— Такая семейная жизнь мне однозначно нравится! — сказал он, все еще держа меня в объятиях.

Подмигнув, я ответила ему:

— Ну, мы еще только начали. Кто знает, какие приключения нас ждут впереди?

— Значит ты готова попробовать построить отношения, раз уж вышло так, что мы женаты?

— Я согласна, — сказала я, смущаясь.

— Тогда я готов к своей первой брачной ночи! — самодовольно заявил муж.

Моя улыбка стала более сдержанной, когда Вадим перешел к более интимной теме.

— Ну, я думаю, что мы впереди еще много чего узнаем друг о друге, — ответила я, пытаясь уйти от неудобной темы и сохранить невинный тон разговора.

— А первая брачная ночь? — спросил он с ухмылкой.

— Ты слишком торопишь события, если учесть, что наш брак пока только на бумаге.

— Тем более, его нужно закрепить, — сказал он, при этом делая вид, будто обсуждает нечто предельно важное, — так или иначе, я все равно получу в морду от твоего брата. Но, по крайней мере, если я тебя соблазню, это будет как-то оправдано.

Я ответила с улыбкой:

— Да, кажется, я не тороплюсь. Будем сначала учиться быть хорошими мужем и женой, а потом, когда настанет время, и первая брачная ночь будет. И кто знает, может быть у нас будет возможность отвлечь его на что-то более приятное после того, как мы ему расскажем.

Вадим приподнял брови с интересом.

— Скажем, что он скоро станет дядей?

Уловив намек на близость, я засмущалась и покраснела.

— Ты думаешь, что это может смягчить удар? — спросила я, пока в его глазах мелькал легкий налет юмора.

— Ну, почему бы и нет? — ответил Вадим, делая вид, будто у него есть что-то вроде гениального плана, — мы скажем ему, что скоро он станет дядей, и, возможно, это отвлечет его от всей остальной информации. Да уж, представляю его лицо, когда он узнает, что я с тобой сплю.