Какой же еще? Почему-то для психов ни хера нормального нет… Что мы, не люди, в самом деле?

Действие вакцины напоминало русскую рулетку. У каких-то пациентов наблюдался колоссальный эффект – болезнь уходила в затяжную ремиссию. А у кого-то иммунная система не выдерживала – органы начинали отказывать один за другим. Мотор останавливался. И нельзя было заранее предугадать эффект. Немалый процент летальных исходов и тормозил исследования.

Скажу честно, я ссал. Конкретно. Шансы были не ахти какие. Процентов двадцать… Но я, как жалкий таракан, цеплялся за любую возможность.

Я укололся.

В первые часы все ждал, что вот-вот откинусь. Но прошел день, два, три… И ничего. Живучий, падла. Видать, для чего-то тут еще нужен… Вроде у нас получилось затормозить процесс. У меня появилась надежда.

Приступы бывают, к сожалению, но пока я могу их контролировать. Результаты анализов обнадеживают. Док опять там над чем-то колдует. Возможно, все возможно…

Но я не вернусь.

Даже отец уже обрел свое тихое семейное счастье. Говорят, предчувствие беды страшнее самой беды. Он всю жизнь знал, что это неизбежно. «Ружье заряжено», как любил повторять Столяров. А теперь хоть выдохнул. Самое худшее, что могло случиться, произошло. Я рад, что он, наконец, нашел подходящую женщину. Может, еще детей наклепают? Он же у нас бык-осеменитель. Да и всегда мечтал о дочке…

А теперь к главному.

Ты слишком часто здесь бываешь…

Мих, завязывай! Ты ведь скоро станешь отцом во второй раз. И сразу многодетным. Поздравляю! Лестно, что назвали в честь меня своего первенца. Жаль, я никогда не смогу с ним поиграть или рассказать, как надо кадрить девчонок. Лучше держать детей подальше от шизофреников. Но передай ему от меня подарок…

Вытащил из конверта маленькую оловянную фигурку. Солдатик. Такой же стойкий, как и мой брат. Я поднес ее к губам, прежде чем сжать в ладони.

– Ну и мудак же ты, Лев Царев! – тихо выругался.

В этот миг моя грудь начала содрогаться от рыданий. Мой брат – герой. Самый сильный духом человек из всех, кого я знал. Мне столько всего хотелось ему сказать… И так крепко обнять… Однако теперь, зная, что он жив, я почувствовал долгожданное облегчение и… злость.

Столько времени оплакивал этого козла… Так и не смог принять его смерть, потому что чувствовал – наша связь не оборвалась… Здесь он. Все еще здесь. И, с Божьей помощью, еще долго будет коптить землю…

А теперь тащи свою задницу к жене… Только давай оставим это между нами, Мих? Не стоит шокировать твою беременную девочку."

"Как бы там ни было, любовь способна победить смерть. Говорю тебе как человек, побывавший в аду и сумевший найти оттуда выход. Кстати, у меня кое-кто появился.