К тому времени, как она закончила показательную работу по рождению трех полноценных людей, она была измучена, ее губы потрескались, а лицо побледнело, но как только медсестра передала наших младенцев нам на руки, она улыбнулась и заплакала.

В тот момент я понял, что теперь на мне лежит ответственность за целую семью. Две прекрасные девочки и мальчик. И самое главное — их мать.

Ава называет их удачей, потому что она выиграла международный конкурс виолончелистов в тот день, когда узнала о своей беременности.

А еще ее позвали выступать с одним из самых влиятельных оркестров Лондона, когда она была беременна. Трижды.

Если бы ей не нужно было рожать, то она уже выступила бы в Париже, Вене и Берлине.

Но она решила сосредоточиться на «нашей семье», как она любит мне напоминать.

С помощью своей матери она также хочет заняться благотворительностью в области психического здоровья.

У моей жены появилось много амбиций с тех пор, как она отправилась в путь самоисцеления.

Да, бывают дни, когда она впадает в депрессию или погружается в свои мысли, но таких случаев мало. Мне потребовалось больше года, но я больше не беспокоюсь о ее приступах, не боюсь их или возможности того, что она может навредить себе.

Кроме того, даже если она чувствует себя подавленной, она обычно звонит мне или приходит в мой кабинет и говорит, что я ей нужен. Она больше не прячется и не стыдится того, какая она есть.

Ава часто проводит сеансы с доктором Блейн и говорит, что, если понадобится, она готова снова лечь в клинику ради нашего будущего.

Ее постепенное принятие себя сделало ее еще прекраснее и невероятнее. Я физически не могу оставаться вдали от нее дольше одного дня, иначе чувствую признаки сильной ломки.

Возможно, именно у нее были проблемы с алкоголем, но моя зависимость от нее гораздо сильнее.

Разница лишь в том, что я больше никогда не хочу быть трезвым.

Я всегда чувствовал, что мне не хватает смысла жизни. Только когда эта женщина хаотичным бульдозером проложила себе путь в мое сердце, я понял, что значит иметь предназначение, цель и потребность защищать.

Улыбаясь, я наблюдаю за ней долгие минуты, пока она тихонько похрапывает, держа на руках нашу дочь.

Я осторожно забираю у нее Сьерру, и Ава просыпается.

— Что…? Я здесь, детка…

Она несколько раз моргает, наблюдая, как я укладываю нашу девочку в кроватку, а затем натягивает лифчик и халат.

— Они уснули? — бормочет она, подходя ко мне.

— Наконец-то.

Моя жена удовлетворенно вздыхает и кладет голову мне на плечо.

— Я все еще виню твою сперму в том, что забеременела сразу тройней.

— Я буду заглаживать свою вину перед тобой до конца нашей жизни.

— Именно, — она обхватывает меня за талию и прижимается ко мне.