— Я лишь хочу, чтобы это побыстрее закончилось.

— И что тогда?

Александр молчал, словно раньше не задумывался над этим вопросом. Возможно, так оно и было. Ведь призраки мыслят совершенно иначе.

— Тогда я буду спокоен за свою семью и смогу уйти, — ответил брат после долгих пяти минут раздумий.

— Я до сих пор не понимаю, почему ты хочешь умереть, а не прожить ещё одну жизнь? Семья поймёт и примет тебя в любом теле.

— Знаю… но это не то начало, что гарантирует смерть.

— Неужели ты нашёл ответ на вопрос, что будет после⁈

— Да, брат. Я это понял, когда часть того света просочилась в наш мир. Там не было душ, которыми бы мог питаться Пожиратель. Поэтому он брал их извне.

— Логично. Но как ты можешь наверняка знать, куда пропадают все эти души с того света?

— Когда я оказался там, — брат замялся, словно ему было сложно вспомнить. — Этот голос звал меня. Плавный, нежный. Точно сама смерть звала меня. Она обещала, что я рожусь вновь. Но когда тот свет отступил, больше никто из твоих призраков этого не запомнил.

— Просто ты необычный призрак.

И стал таким из-за долгого заключения души в её же собственном теле. Но Александру я этого говорить не стал, ни к чему бередить старые раны. Ведь он был единственным из призраков, у кого не отмечалось проблем с памятью. Возможно, и эмоции он испытывает более яркие, хотя всячески пытается это скрыть.

— Я понял тебя, Саш, — кивнул я. — Раз хочешь так, то больше не стану предлагать тебе новое тело.

— Спасибо, — ответил брат и растворился в темноте тоннеля, и уже из пустоты добавил. — Но не забывай про моё предложение.

Я не ответил. Использовать призрачный отряд более палевно, чем отправляться самому. Лучше подыщу других исполнителей.

Приближаясь к выходу из города, я отправил Зубастику команду встретить меня. И когда в конце тоннеля показался свет, его перекрывал силуэт моего монстра.

Вот и выход! А значит, я победил. Смог снести голову императора и скрыться!

Ох, это же засняли сотни камер. И от распространения слухов не спасёт никакая программа для цензуры в глобале. Хех! Тут и мои надписи на стенах городов будут весьма кстати. Коммунальщики до сих пор с ними борются.

Зубастик опустил голову и спину, разрешая мне забраться на себя. Я залез и схватился за верёвку.

— А теперь очень быстро летим домой, дружище! — сказал я.

От питомца исходил азарт и радость. Словно он бы до бесконечности мог летать под облаками.

Выход находился всего в километре от стен столицы, но нам удалось скрытно улететь. Либо в это время дежурные не смотрели в нашу сторону, либо скорость Зубастика реально помогла.

На середине пути мы чуть замедлились. Я хотел прилететь в Смоленск уже после захода солнца, поэтому нам пришлось сделать несколько лишних кругов.