— Надо посмотреть.

Вместе с хозяином дачи он внимательно оглядел комнату — в известном смысле она оказалась абсолютно пустой. Ни клочка бумаги, ни предмета, имевшего отношение к человеку, проживавшему в мансарде. Металлические части кровати, ручки двери, замок — все было аккуратно вытерто.

Самое удивительное, Денисов обнаружил на полу у дверей — табак!

«Чтобы сбить со следа собаку! — Денисов задумался. — Но это же чисто по-воровскому!»

— Вот люди! — в сердцах пожаловался хозяин дачи. — Я бы и не заметил, если бы не вы! Все со стройкой вожусь.

Денисов вспомнил короткое гнилое долготье, которое он видел во дворе у крыльца.

— Есть планы. Да вы садитесь, — сказал хозяин.

Он сел на кровать. Панцирная сетка с визгом прогнулась почти да самого пола. Денисов подвинул себе стул, хозяин дачи сам поощрял его вопросы.

— Как же он ушел?

— Очень просто. Я ведь посменно работаю. Скользящий график: утро, ночь и двое суток выходной. Сегодня, например, с утра, но приду позже…

Денисов подсчитал дни. Выходило, что Паленов заключил злополучную сделку, когда хозяина дачи весь день не было дома.

Открылось ему и другое:

«Преступник продал кольцо в Расторгуеве, так как знал, что никогда больше здесь не появится! В тот день он ликвидировал свою нору».

— Неужели вы его не найдете и не накажете? — он посмотрел на обманутого квартиросдатчика.

— Найти можно! Я ведь тоже не прост… — хозяин дачи вдруг криво улыбнулся. Маленькая голова ушла в плечи, подбородок качнулся вперед. — Фамилию, имя-отчество я знаю. Списал с документа, он и не догадывается!

Надо только найти ту бумажку, не помню, куда дел.

— Списали? С паспорта? — Денисов был готов его расцеловать.

— Не-е! Паспорта не было. С пропуска.

— Понимаю, с пропуска, — восторг его исчез.

— Сейчас поищем! — Не обращая внимания на Денисова, он почти кубарем скатился по лестнице вниз.

Денисов сбежал следом.

— Где-то здесь должна быть…

Против старинного, с массивной столешницей самодельного стола стоял тоже самодельный кособокий буфет, сработанный кем-то, про кого говорят «у него обе руки левые».

«Наверное, сам хозяин дачи и делал», — подумал Денисов.

Тот в это время открыл обе нижние дверцы и, сев на корточки, принялся вытаскивать на свет содержимое: кастрюльки со ржавыми гвоздями, узелки и кулечки с семенами, заготовки ножей.

— Есть! — сказал он вдруг. В руке он держал пересохший желтый обрывок газеты. — «Дернов Иван И-усти-нович. Карандашная фабрика».

— Здорово, — Денисов не стал его разочаровывать. — Поедете на фабрику? — спросил он."

"— Кто его знает, в какую он смену работает, — хозяин дачи бережно разгладил записку. — Как-то я на станцию шел, а он впереди меня. Посмотрю, думаю, куда поедет. Говорил, ему на работу во вторую смену.