Рядом на стуле лежала сумка пострадавшей.

— Расческа, металлический рубль… — Антон громко называл каждый предмет, чтобы понятые могли следить за всем, что вносится в протокол. — Таблетки от головной боли. Авторучка…

Денисов поднялся к окну, попробовал разглядеть за стеклом машину реанимации. Она так и осталась у платформы, плотно задраенная изнутри.

— Записная книжка. Технический паспорт на машину и водительские права на имя Белогорловой Леониды Сергеевны, — перечислял Антон.

Фамилия Белогорлова ни о чем не говорила Денисову. Фамилия была редкой.

— Пудреница, ключи…

— Ключи от зажигания? — Денисов обернулся.

— Квартирные, — Сабодаш отстегнул брелок. — Или от кабинета.

Денисов заинтересовался:

— Водительские права без ключей? Какой марки у нее машина?

— «Запорожец», — Антон сверился с техническим паспортом.

— 86–79?

Он вспомнил машину у оставленного жильцами ремонтирующегося здания по другую сторону путей.

— Верно! — Сабодаш посмотрел удивленно.

Денисов пожал плечами:

— «Запорожец» стоял у домов. Я его видел, когда шел сюда.

— Без водителя?

— По-моему, в нем никого не было.

— В такую погоду не покатаешься… Ну и слякоть! — сказал один из понятых, он с трудом переносил свое вынужденное бездействие.

Пока Антон описывал состояние межрельсового пространства и линию волочения, Денисов набрал телефон Центрального адресного бюро:

— Белогорлова. Борис — Елена…

Его соединили с нужной секцией, через несколько минут справка была готова:

— Южное Измайлово, улица Саянская, дом… — Белогорлова работала библиотекарем в пансионате, прожила неполных двадцать семь лет, на иждивении имела малолетнюю дочь.

— Да-а… — протянул Денисов."

"Девушка из адресного что-то заподозрила по его тону, потому что спросила настороженно:

— Жива? — транспортная милиция чаще, чем любая другая, занималась жертвами несчастных случаев.

— Да, — ответил Денисов, — спасибо.

— Саянская… Это же другой конец Москвы! — Антон оторвался от протокола.

В справочной, куда Денисов тотчас позвонил, ответили, что телефона на квартире Белогорловой не имеется. Пришлось звонить в отделение милиции, обслуживавшее Саянскую:

— Просим поставить в известность родственников… — Денисов рассказал о случившемся. — Поручение в высшей степени деликатное.

Но дежурный по отделению оказался человеком опытным:

— Повторите адрес. Все будет в порядке. Сказать, чтобы за справкой обращались к вам?

— Да. Вот наш телефон…

Еще Денисов позвонил к себе в отдел. Помощник дежурного должен был внести фамилию и другие сведения о пострадавшей в специальную книгу.

Книга эта была грустной антологией человеческих трагедий.