Впереди на здании мелькнула табличка: «Профессионально-техническое училище № 1».

Денисов пропустил мужчин вперед, вошел сам. У лестницы стояло несколько парней.

— Кто это? — Денисов кивнул вслед поднимавшемуся по ступеням.

— Гектор Иванович… — стоявший ближе — в джинсах, с металлической пластинкой на запястье — растерялся, не задал Денисову обычного в таких случаях вопроса.

— А фамилия?

— Не знаю. Просто Гектор Иванович. Машинопись преподает… Сейчас у него урок! — парень хлопал глазами: для родителя Денисов был молод, а учащимся ГПТУ явно не значился.

Денисов решил, что допросить Тучного можно будет позже, из автомата на углу позвонил в Склифосовского: утренний обход врачей должен был закончиться.

— Белогорлова? — отозвался женский голос. — Это вы? Из железнодорожной милиции? Больная в том же состоянии.

— Она уже четвертый день без сознания…

— Есть больные, которые по нескольку недель не могут прийти в себя! медсестра приняла его слова за упрек.

— О чем это может свидетельствовать?

— Ни о чем! — медсестра была категорична: уклончивой дипломатии предпочитала открытый текст. — Вчера больной скончался на семнадцатый день после травмы.

— Значит это, что Белогорлова тянет…

— Абсолютно ни о чем не говорит!

С «Автозаводской» Денисов поехал на улицу Анатолия Живова, в район Красной Пресни, в клуб служебного собаководства.

Он уже бывал в нем.

В коридорах толпились любители собак. Каждый кабинет был узкоспециализированным: «немецкие овчарки», «доберманы-пинчеры», «эрдельтерьеры»…

В секции эрдельтерьеров на стенах висели фотографии чемпионов породы, как две капли воды похожих друг на друга, так что только опытный глаз мог различить особенности: растянутость корпуса, удлиненность морды.

«На схеме Гилима пес был обозначен справа от хозяина… — в цепкости директорского глаза инспектор был уверен. — Такое могло быть, если мужчина с собакой не ждал своей очереди на стоянке, а провожал!.. — Провожать же, судя по той схеме, он мог только садившуюся в такси Белогорлову.»

— Прошу… — пожилая женщина с короткой седой челкой кивнула на стул, приготовилась слушать.

— Денисов, инспектор уголовного розыска…

Они оказались по обе стороны старого канцелярского стола, заваленного бумагами.

— Меня интересует эрдельтерьер… Кличка неизвестна, фамилия владельца тоже, — Денисов не удивился бы, если б кроткая седая женщина, выслушав безумный запрос, молча указала ему рукой на дверь. — Собака и ее владелец живут где-то вблизи метро «Варшавская»…

Женщина за столом молчала.

— Больше никаких сведений, — уточнил Денисов.

— Может, известны родители собаки? — сразу стало понятно, что она не очень четко представляет свою задачу.