— Следствие не закончено? — Щасная вынесла из второй комнаты табакер, устроилась в кресле-качалке рядом с торшером.

— Скоро закончится, — Денисов сел на пуф против нее.

— И что же?

— Мне необходима помощь, — он снова мельком оглядел все вокруг, словно надеялся на поддержку какого-нибудь знакомца из предметов домашнего обихода. Но все вещи кругом могли вызывать лишь восхищение.

— Моя?

— Прошу вас быть откровенной, — Денисов обеими руками обхватил пуф. — Накануне вашего отъезда из Калининграда, двадцать четвертого августа.

Помните?

Вы ходили с Белогорловой и ее мужем в ресторан. Потом смотрели «Синьор Робинзон»…

— В самом деле? «Синьор Робинзон»? Пока мы не виделись, инспектор, вы сильно преуспели!

Денисов пропустил ее колкость.

— На следующее утро Белогорлова объявила о том, что она уезжает от мужа. Что произошло ночью?

— Это вы у меня спрашиваете? — Щасная взяла сигарету, другой рукой быстро нашла зажигалку.

— Вы знаете, о чем я говорю.

— Я? — она прикурила. Затянулась, медленно выпустила дым. На мгновение Денисов потерял из вида ее лицо. — Почему вы решили?

— Старков не ночевал дома.

— Это необходимо? Чтобы расследовать случай с наездом? — голос Щасной был совершенно спокоен. — Из-за этого приостановилось следствие?

— Наезда не было. В Белогорлову стреляли.

— Что вы такое говорите? Кто?

— Человек, который, как я понимаю, в ту ночь ее спас. Я только недавно узнал об этом. Кто он?

Щасная потянула выключатель торшера — красный парашют словно накрыл сразу кресло-качалку, и пуф, и кусочек журнального стола.

— Я не знаю его.

— В ту ночь, — сказал Денисов, — Старков приходил к вам в гостиницу.

Так?

Она не спеша поднялась, достала из бара два высоких бокала, бутылку с невыразительной этикеткой.

— Это «Киндзмараули». Хотите?

— Вообще-то я не пью до заката, — сказал Денисов.

— Солнца сегодня не видно.

— Будем считать, что оно закатилось.

Щасная плеснула в бокалы, молча выпила.

— Вы правильно догадались, — она не посмотрела в его сторону. — В Калининграде было так, как вы сказали.

— Вы и Старков… — он подержал бокал."

"— После Лени вы первый об этом узнали.

— Белогорлова говорила с вами?

— Об этом? Нет. Все так идиотски запутано, — Щасная плеснула себе еще вина. — Олег, вначале ухаживал за мной, потом отдал предпочтение Леониде.

Когда мы встретились в Калининграде, он уже был ее мужем. Леонида до сих пор делала вид, что ни о чем не догадывается! Представляете наши отношения?

— Каким образом она обо всем узнала?

— Не знаю. Такие вещи трудно объяснить. Может, потому, что мы думали о ней. Кто знает? Приехала ночью в гостиницу. Олега в номере уже не было. О чем-то поговорили — о грибах, о селедочном масле. Она все — поняла.