Когда она выполняла его совет, ее руки дрожали так, что она поспешила их убрать.

Рено сжал кулаки, затем заставил себя по очереди разжать пальцы. Если бы он мог пройти по тропе вместо Евы, он сделал бы это. К сожалению, это было невозможно.

Рено с мрачным видом возобновил восхождение. Дожди и ветры обтесали скалы и проделали почти перпендикулярные стоки в них. Чем выше он карабкался, тем круче становились стоки в этих блеклых камнях с гладкой поверхностью. Иногда ему приходилось возвращаться и искать другой путь.

Рено взобрался на террасу. Чалая шла уверенно и легко, как кошка.

Остальные мустанги тоже демонстрировали ловкость. Рено, не мешкая, двинулся вперед, готовый преодолеть новое препятствие, если таковое появится на пути.

Он не заметил, что Ева отстала на первой просторной площадке. Рено был весь устремлен вперед и вперед. Пока он не доберется до последней террасы и не увидит верха плато, он не будет знать, выбрались ли они из тупика. Он был исполнен нетерпения выяснить это, ибо не хотел возвращаться назад в темноте.

Ева смотрела на еле заметные следы копыт, которые оставляли лошади. Всякий раз, когда она подходила к очередному водостоку, она собирала в кулак все свое мужество, отворачивая голову от бездны, которая была под ней.

"

"Она больше не смотрела ни направо, ни налево, да и вперед тоже. И уж, конечно, не оглядывалась назад. Ибо, когда она однажды оглянулась, она оцепенела при виде бесчисленных ярусов скал, круто уходящих вниз и теряющихся в голубой дымке. Она не могла поверить, что забралась так высоко. Как не могла поверить и в то, что еще в состоянии продолжать карабкаться выше.

Тяжело дыша, Ева остановилась, чтобы дать несколько мгновений отдыха усталым ногам.

Многое отдала бы она сейчас за глоток воды, но тяжелая неудобная канистра находилась у седла мышастой.

Вздохнув, она помассировала руками ноющие икры и бедра и стала карабкаться на следующую террасу, спеша увидеть, что ее ожидает впереди. В нескольких футах от нее в скале виднелся еще один водосток. На этот раз он имел вид воронки с обломанным дальним краем.

Рено и лошади были на другой стороне.

— Здесь не более ярда, — сказала себе Ева, напряженно сжав губы. — Я могу перешагнуть. „Здесь больше ярда. Я должна прыгать“.

— Я от нечего делать прыгала через ручей. Он был гораздо шире.

„Там было не страшно и упасть в ручей. Если же я упаду здесь…“

Ева почувствовала слабость в коленях и испугалась. Она страдала от жажды, усталости, нервы ее были на пределе, ведь ей уже несколько часов приходилось идти с риском поскользнуться… И вот теперь надо преодолеть эту бездну.

Она не могла это сделать. Не могла — и все.

„Перестань, — приказала себе Ева. — Ты делала более трудные вещи за эти часы. Ширина трещины всего лишь несколько футов.