– Кто это? – спросил один из оперов.

– Специалист по замкам. Тыльнер прислал.

Подъехали к дому. Все окна темные.

– Спит народ. Одни мы, как псы поганые.

– Мы сторожевые псы, – поправил Мартынов, – пошли.

Дверь на площадке третьего этажа была массивной, дубовой.

Три медных головки замков."

"– Справитесь? – спросил Мартынов.

– Эти замки моя мастерская делает. Так что, граждане чекисты, примите в сторонку.

Специалист открыл чемодан, вытащил связку ключей.

Покопался у двери.

Нажал.

Дверь отворилась на ширину цепочки.

Мастер достал здоровые кусачки.

Начал перекусывать цепочку.

– Прошу, – он распахнул дверь.

– Спасибо, – Мартынов достал кастет. – Вас довезут, шофер в курсе.

Вошли в спящую квартиру.

Вот две двери военного инженера, обе открыты.

А вот и Пашина комната.

Оперативники ворвались в комнату.

Зажгли свет.

Паша лежал в обнимку с красивой голой женщиной.

Она, увидев оружие, закричала басовито и громко.

Голого Пашу сбросили с постели на пол, надели наручники.

– Не ори, – рявкнул Мартынов, – ты кто?

– Соседка, рыдающе ответила она.

– Значит, муж в командировке, а ты к Паше? Вон отсюда!

Голая баба пролетела сквозь строй изумленных чекистов.

– Начинайте обыск, – скомандовал Мартынов, – да прикройте этого любимца женщин.

С Паши сняли наручники, и он стал медленно одеваться.

Из кармана брюк один из чекистов вынул наган.

Мартынов крутанул барабан.

– Четыре патрона. Три ты в Леонидова выпустил. Так.

Оперативники складывали на стол найденные улики.

Три забандероленных пачки червонцев.

Мартынов взял, посмотрел.

– Ну вот, Паша, эти денежки ты намыл в Старо-Ваганьковком. Правильно. Ну, молчи, а номера на бандеролях сходятся. Где деньги, сука?

Паша молчал.

– Сизов, – крикнул Мартынов.

– Я, товарищ начальник.

– Принеси из машины паяльную лампу и поджаривай ему яйца, пока не скажет, где деньги.

– Не надо, я про ваши приемчики наслышан. Откройте шкаф.

Мартынов открыл.

– Выньте одежду.

Мартынов вынул на пол брюки, пиджаки, сорочки, куртки.

– Отодвиньте стенку.

Мартынов отодвинул.

Там был схрон. Пачки денег плотно лежали у стены.

У дома на Дорогомиловской заставе шел бой.

Муравьев выбросил в окно третью гранату.

– Приказано брать его живым, товарищ Тыльнер.

– Знаю. Вот что огонь по окнам из всех стволов. Прикрой меня.

Чекисты открыли огонь из карабинов и пистолетов.

Летели куски стены, вылетали со звоном стекла.

Тыльнер, пригнувшись, побежал к дому, прижался спиной к стене.

Махнул рукой.

Огонь прекратился.

Он заглянул в окно.

В комнате, посеченной пулями, у печки-голландки с отбитым кафелем сидел человек и набивал барабан нагана, рядом лежала граната «мильс».

Тыльнер подтянулся за подоконник и прыгнул в комнату.

– Все, Муравьев. Руки в гору!

Муравьев захлопнул недозаряженный барабан.