А нос у него красивый, даже несмотря на то, что похож на человеческий… точнее, на эльфийский. И губы красивые.

— Знаешь, — неожиданно произнес тот, кто стал так дорог всего за миг, — я смотрю на тебя, и такое ощущение… — демон, явно из высших, нервно сглотнул, — у меня ощущение, что я знаю тебя всю жизнь…

— И у меня, — голос внезапно понизился до шепота…

А потом что-то случилось. Что-то неправильное и непонятное, но я обняла его первая, он наклонился и прикоснулся к моим губам.

Шайген не испытывает чувств! Это закон. Я нарушила его впервые, когда взяла маленького щенка сергала, взяла последнего, хромого, слепого, едва скулящего.

Остальных разобрали, мне Крадущий лично отобрал самого сильного из помета, а я смотрела на маленькое создание, которое обрекли на смерть, и, вернув Крадущему подарок, пошла и забрала Тумана. Потому что брошенный малыш заставил меня почувствовать себя живой. Не камнем, не разящим клинком, а живой. Тогда Крадущий сильно разозлился, избил, потом отправил в пустоши. Я выжила, и Туман выжил. А вскоре стал самым сильным из помета, самым умным, самым верным. И когда клан потребовал убить сергала, я сразилась с кланом ради него. Потому что он родной, а они… они лишь песок Хаоса.

И вот сейчас я нарушила главный закон второй раз! Потому что я чувствовала, чувствовала дыхание и прикосновения, чувствовала тепло губ высшего демона, чувствовала желание быть рядом с тем, кого видела впервые. И теперь я знала, что такое поцелуй — это когда два дыхания становятся одним, потому что поодиночке двое дышать уже не могут.

Тихий рык сергала, и Туман оказался рядом. Это заставило вспомнить о том, кто я, где я и что я делаю… Что я делаю?!

— Нет-нет, — демон продолжал обнимать, — подожди… Нет, — он удержал, не дал отойти, но при этом удержал мягко, бережно, словно боялся сделать больно.

 — Я обидел тебя?

— Обидел? — мой голос был шепотом. — Нет…

— Испугал? — попытался выяснить демон.

— Нет…

Он улыбнулся, склонил голову к плечу и хитро спросил:

— Не можешь понять, что с тобой?

Да, вот это он спросил правильно, и я кивнула в ответ.

— Я тоже не могу понять, что со мной, — улыбаясь, произнес демон. — Ненавижу светлых, а сейчас обнимаю эльфочку, и среди тысячи мыслей проносится только одна: «Не хочу отпускать!»

И вот тут я обиделась.

— Ты кого эльфой назвал? — Злость стерла улыбку с моего лица.

Если скажет про зеркало или повторит про эльфу, я… я… я ему… я оттолкну его, вот!

— Забудь, — демон оказался умным и понимающим, — просто обними еще раз… И скажи мне только одно: где ты была все эти долгие сотни лет и почему я встретил тебя только в последнюю ночь своей свободы?

И что сделала я? Обняла и потянулась к его губам.