– Вася с Петей тушат, а Сережа…

– …балуется с зажигалкой… – подсказала Пипа, с трудом выплевывая ластик.

– С ЗАЖИГАЛКОЙ?!

Игорь Валентинович содрогнулся. Если раньше его воображение не шло дальше десятичных дробей, то теперь оно бурлило и фонтанировало.

– Точно, с зажигалкой! – быстро продолжал он. – Другие пожарные потушат, а он, паразит, колесиком чирк – и снова пожар! Они тушат, а он снова – чирк! Кошмар! Задача зашла в тупик! Дурная бесконечность!

В крайнем беспокойстве Игорь Валентинович забегал по классу. Он даже потерял один ботинок, но ничего не заметил.

– Ой-ой! Беда-то какая! Подать мне этого Сережу! Я ему покажу, как поджигать! А если там поблизости бумажный завод? А если склад с динамитом? – вскрикивал он."

"В дверь коротко постучали. В класс заглянул директор. Он был маленький и кругленький, ужасно похожий на стриженную ежиком букву «О». За спиной у него злорадно подпрыгивала Ленка Мумрикова.

– Ну? У меня было совещание. Что еще такое с Гроттер? – недовольно спросил директор.

Услышав новый голос, Игорь Валентинович замер. Его скрестившиеся глазки подозрительно заморгали.

– С Гроттер потом разберемся… Ты кто такой? Почему опоздал? Дневник на стол! – рявкнул он на директора.

– Кто, я? Я? – не понял директор.

– Да, ты! Ты что, новенький? Как тебя зовут? – продолжал громыхать математик.

– Это что, шутка? Я Сергей Андреич… – машинально сказал директор.

Математик дернулся как ужаленный. Глазки у него метнулись в разные стороны и вновь сошлись на переносице.

– Ага! Сережа! Вот ты какой! – сказал он сладким голосом. – С зажигалочкой балуемся? Задачи мешаем решать? Хотим школу поджечь?

Директор попятился.

– Я вас не понимаю, – растерянно сказал он.

Лучше бы он промолчал. Математик тотчас грозно навис над ним и схватил его за шиворот.

– Не понимаешь?! – заорал Игорь Валентинович. – Еще бы ты понимал! А ну дай сюда зажигалку! Сто девять костров развел, ханурик! В учебнике про него написали! А если бочка с бензином?

Директор вырвался, наступил на ногу Ленке Мумриковой и выскочил из класса, бормоча что-то про психиатрическую лечебницу.

– А ну стой! И таких еще берут в пожарные! Родителей срочно в школу! И бабушку с дедушкой тоже в школу! И пусть все приходят с ремнями! – гонясь за ним, кричал математик.

Таня выбежала следом за ними. Да что же это такое! В Тибидохсе им строго-настрого запретили использовать магию в мире лопухоидов, а она делает это почти каждый день. Ну и влетит же ей от Сарданапала и Поклеп Поклепыча!

– Отменяй немедленно заклинание! – зашептала она своему кольцу.

– Никак невозможно! – проскрипел перстень голосом дедушки Феофила. – Оно трехдневное. И вообще я уже точно не помню, какое заклинание наложил.