В глазах Сталина мерцали красные блики, а лицо, обращенное на запад, казалось багровым: во всем этом было нечто мистическое. С тяжелым вздохом, почти со стоном, вырвалось у него: «Там горят наши братья и сестры!»

У меня мурашки пробежали по коже: он был бы сильным священником, истовым проповедником… Страшная картина: псы-рыцари бросают в огонь детей. «Спасать надо!» воскликнул я и умолк, удивленный тяжкими взрывами, докатившимися из-за реки. Захлопали далекие пушечные выстрелы. Неужели с фронта, от границы?! Не с ума ли схожу? Но голос Сталина вернул к действительности: «Это на полигоне в Нахабино. Вечером хорошо слышно… Не пора ли нам в Москву?»

Я внимательно посмотрел на Иосифа Виссарионовича. Он, безусловно, воспрял духом, он вновь был спокоен, сосредоточен, здоров и полон энергии."

"Вроде бы недавно это было, но как все изменилось! И возникла у меня мысль. Вот стоит на Катиной горе, в уникальном месте, нелепое сооружение, никак не украшающее ни саму гору, ни окрестности. Четырехгранная башня из металлических конструкций поднялась выше окружающих ее сосен. Башню видно отовсюду: с дороги от Дальней дачи на Знаменское, с обширной территории молотовской дачи, из Убор, из Дмитровского, из Петрово-Дальнего. А велико ли удовольствие смотреть на этот ржавый каркас? Не лучше ли облицевать его светлым мрамором: геодезисты или топографы, коим принадлежит сие сооружение, не станут, надеюсь, возражать, им ведь важен только ориентир, репер, точка привязки. Какой им ущерб от того, что вышка будет красивой? Пусть вознесется над величавым простором обелиск с барельефом Иосифа Виссарионовича, с золотой надписью на той стороне, что обращена к реке:

Он много сделал, и об этомСудить истории самой,Он радость пережил и бедыСо всей великою страной.При ярком солнце, в дымке синейКак эту землю он любил!Отсюда видел он Россию,С Россией вместе — победил!Неужели у нас не найдется достаточно мрамора для памятника столь же необычного, своеобразного, как и тот человек, в чью честь обелиск был бы воздвигнут!

35Кто из великих людей XX века посвятил свою долгую, девяностолетнюю жизнь постоянным нападкам на коммунистические идеи, противоборству с Советским Союзом, вступив в схватку сразу после Октябрьской революции? Кто любыми средствами — дипломатическими, экономическими, даже военными — пытался затормозить развитие и укрепление могущества нашей страны, видя в ней опаснейшего противника-конкурента по господству на земном шаре? Легендарный, умный, упрямый и коварный Уинстон Черчилль — вот кто. Предвидение не обмануло его, однако добиться успеха в сражении за свои интересы он не смог, встретив на пути непреодолимую преграду — Иосифа Виссарионовича Сталина. «Дядюшку Джо», как почтительно величал его Черчилль.