Эта рыжеволосая фурия выглядела так, будто готова накинуться на Илью с кулаками в любую секунду. Она ничего не боялась. И неудивительно. Ее парень — Слава Красницкий, заносчивый мажор и единственный сын мэра — растерзал бы за нее любого. Но Илья медлил, поглядывая на Синицыну с неким трепетом. Белова же тем временем (темпераментная блондинка и кокетка, каких свет не видывал) бесцеремонно повисла у Жукова на плече.

— Лучше сделай, как тебе велят! — заговорщицки обронила Лена. — Она ведь у нас больше десяти лет использовала в качестве боксерской груши человека, который сильнее тебя раза в три! Треснет так, что мало не покажется!

Молодой человек шумно сглотнул, переключая внимание на Белову.

Его хватка ослабла, и Юля наконец смогла освободить свою руку.

— Ты в порядке? — гораздо мягче поинтересовалась Ирина.

Не доверяя собственному голосу, Попова подняла сумочку и кивнула.

Продолжая цепляться за плечо парня и пристально разглядывать его, вгоняя тем самым в немой ступор, Лена непринужденно поинтересовалась:

— Юль, а кто это?

— И что ему от тебя нужно? — внесла свою лепту Синицына.

— Бывший, — коротко отозвалась Юля, чувствуя странное опустошение в душе. — Сам изменил мне с лучшей подругой, а теперь требует… прощения!

Одногруппницы изумленно переглянулись. После чего Белова ухватила Илью за подбородок и принялась разглядывать со всех сторон, точно коня на ярмарке выбирала. При этом она совершенно искренне возмущалась:

— Господи, Попова! Что ты в нем нашла вообще? На мужика ведь даже не похож! Это какое-то прямо… оно! Скажи же, Ириша?

Синицына скрестила руки на груди и согласилась:

— Ну да! Хлюпик хлюпиком! Только девушек и может обижать!

— Обросший, — продолжала Лена.

 — Неопрятный. Прямо… фу! Юль, тебе его что, в магазине «все по тридцать восемь» за тридцать семь продали, что ли?

Возможно, напряжение сказалось, а возможно, разум совсем отключился.

Не суть. Да только, спрятав лицо во все еще дрожащих ладонях, Юля зашлась в приступе совершенно дикого безудержного хохота.

Вскоре ее поддержали и Белова с Синицыной. А Жуков, побагровев от злости, стремительно умчался прочь, бросив напоследок тихое:

— Ты мне за это ответишь, дрянь!

— Не бойся! — успокоила ее Ирина.

 — Все будет хорошо!

Попова благодарно улыбнулась, перешагивая через букет желтых роз, все еще бесхозно валяющийся на крыльце, и тихо пробубнила:

— Спасибо, что вмешались. Я растерялась. Он раньше безобидный был…

— Не заморачивайся! — подмигнула ей Лена. — Ну что? Пошли на пару?

Обнявшись, девушки скрылись за университетской дверью.