Я не была уверена, как долго я неподвижно пролежала на кровати, прежде чем не смогла больше этого выносить.

— Не могу заснуть. Я продолжаю думать о них наверху, где они ожидают шанса добраться до нас. И здесь очень холодно.

Одеяло было не очень толстое.

Мауро вздохнул.

— Я не могу включить отопление. Не знаю, как долго генераторы могут поддерживать все необходимые объекты, и нам нужно остаться на три дня, если только кто-нибудь не проверит особняк раньше.

Я снова вздрогнула и обернулась, глядя на Мауро, лежащего на кровати напротив меня. Он тоже смотрел в мою сторону.

Тусклый газовый фонарь, стоявший на полу между нами, отбрасывал тени на его лицо, так что невозможно было прочесть выражение его лица с того места, где я лежала.

— Можно мне залезть к тебе под одеяло? Я так сильно дрожу.

Как только я произнесла эти слова, в моей голове зазвенели тревожные колокольчики. Учитывая мои чувства к Мауро, делить с ним узкую постель казалось мне опасным вариантом.

Не будь глупой.

Мауро видел во мне только свою маленькую сводную сестру. Я не была для него девушкой. Он, наверное, даже не знал, что у меня есть грудь и вагина.

Мауро напрягся. Мало того, что он должен был нянчиться со мной и теперь застрял в комнате, теперь я хотела вторгнуться в его личное пространство.

Мои щеки горели от наступившей тишины. Я была рада темноте, которая скрывала мое унижение от его бдительных глаз. Почему я не могу перестать вести себя с ним, как глупый ребенок?

Когда я уже перестала надеяться, что он ответит, раздался его низкий голос:

— Конечно.

Я выбралась из своей кровати, дрожа, когда мои босые ноги коснулись холодного каменного пола, и поспешила сделать несколько шагов к Мауро.

Он приподнял одеяло, и я забралась под него. Кровать была маленькой, и наши тела соприкасались, несмотря на то, что моя задница свисала с края. Мауро отодвинулся назад, пока не наткнулся на стену, позволив мне поудобнее лечь.

Внезапно я осознала всю реальность происходящего. Мауро посмотрел на меня сверху вниз с напряженным выражением лица. Он лежал прямо, как шомпол, неловко свесив руку набок. Наши лица находились достаточно близко, чтобы поцеловаться, и я больше ничего не хотела, но я не была сумасшедшей.

Я больше не буду выставлять себя на посмешище.

Я прочистила горло, что было равносильно взрыву в тишине комнаты.

— Я собираюсь перевернуться.

Мауро ничего не ответил. Я быстро перевернулась, и моя задница наткнулась на его промежность.

Его низкий выдох заставил меня сглотнуть. Боже, эта кровать была слишком узкой для двух человек, которые не были близки.

— Ты можешь обнять меня.

Что со мной было не так?

Но я хотела, чтобы он обнял меня.

Он снова пошевелился и нерешительно коснулся ладонью моего бедра.