Пальцы Егора легли на клитор, поглаживая его. Чувствительный узелок отзывчиво запульсировал. От быстрых движений пальцем, по телу пошла необратимая реакция, я начала получать удовольствие от настойчивого вторжения эрегированной плоти.

Толчок… толчок…

Становится жарко, в комнате слышны стоны, шлепки тел, хрипы Егора.

Я почувствовала, что член становился ещё больше. Низ живота начало тянуть сладкой болью, я словила первые волны приближающегося оргазма.

Ещё толчок… Егор начинает двигаться ещё резче, не забывая массировать клитор. Я задрожала, затряслась, начала кончать.

— Егор… а-а-а-а… не могу… не могу больше… а-а-а-а… — внутри словно взорвалась осколочная бомба, тело выгнуло дугой, я закричала, забилась в экстазе, рассыпаясь на миллиарды осколков.

— Больше не могу!.. ммм, — Егор начал кончать следом за мной, наполняя меня до отказа спермой.

Я безвольно упала на спину, обессиленная удовольствием, прикрыла глаза. Сердце готово было лопнуть.

— Я люблю тебя, моя девочка, — тихо прошептал, целуя лицо, губы, шею, грудь. Этой короткой фразы было достаточно, чтоб с глаз потекли слёзы. Я сейчас испытала слишком яркие эмоции.

— Я тоже тебя люблю, Егор

Глава 19

Настоящее время

Дни тянулись очень медленно. Через три дня Новый год. Почти привыкла к своему жилищу, обжилась, добавила уюта.

Встала на учёт по беременности. Беременность протекала хорошо, не считая токсикоза. По утрам появилась тошнота, вялость, сонливость. Резко изменились вкусовые и обонятельные восприятия, пропал аппетит. Если мне удавалось, что-то съесть на завтрак, то «сохранить» его в желудке получалось с трудом. Я сильно похудела, будучи и до этого худой.

Выглядела замученной и изнеможённой. Очень боялась за малыша. Во время беременности женщины наоборот набирают вес, малыш должен расти. Мне приходилось через силу питаться, маленькими порциями, но чаще.

Конец года выдался непростой. Всё было иначе. Не беря во внимание то, что буду встречать его одна. Также не надо голову ломать над тем, подарить родным. Искать наряд на праздник.

Мама, как и обещала, перевела деньги, меньше чем обычно. Практически всю сумму отдала за аренду комнаты за следующий месяц. Остальное потратила на символические подарки, для семьи Людмилы и Татьяны, и сестрёнки Анютки.

С Татьяной и Людмилой я очень сдружилась, несмотря на то, что они меня старше. Сейчас они единственные близкие мне люди, к которым могу обратиться за помощью, в случае чего.

За всё время мама звонила только один раз. Разговор был поверхностный, не о чём важном. Папа звонил, каждые три, четыре дня, иногда удавалось поговорить с Анютой. Егор так ни раз не звонил и не писал.

С детьми начала заниматься две недели назад, уже есть первые успехи.