– Нет, конечно. Инцеста между ними не было. В этом плане Винсенте каким-то чудом всё же удалось удержать себя в руках. Хотя, прецедентов создавал немерено. И пока я не познакомился с Велией, преследовал её денно и нощно, устраивая бурные признания в любви и засыпая её клятвами быть всегда рядом и принадлежать только ей. Она, к слову, не сразу мне об этом рассказала. И не удивительно. Обычно таких вещей стыдишься, стараясь делать вид, будто этого на самом деле не существует. Правда, в итоге, Винсенте сам себя спалил, когда попытался убрать меня с дороги.

– Я думала, вы были до этого друзьями.

– Скорее, знакомыми приятелями из одной молодёжной тусовки. Хотя, да, после гибели Велии, мы с ним потом очень долго и тесно общались, так как оба любили её едва не на равных. Можно сказать, нас свело и сплотило общее горе к одной любимой нами женщине.

– Всё равно… как-то звучит… ненормально.

Я даже едва не поёжилась, не имея должного воображения и наглядных доказательств, чтобы представить всю эту картину в её истинном свете.

– Хотите сказать, он до сих пор не может её забыть и до сих пор ни с кем не имел серьёзных отношений.

В этот раз Кронос всё же выдал для разнообразия хоть какую-то отличительную реакцию на мои слова – сдержанно хмыкнув и ненадолго поджав губы в кривой усмешке."

"– С девушками у него как раз никогда не было проблем. Разве что, постоянных у него практически не имелось, если не считать парочки таких же отбитых на всю голову, как и он, дегенераток, кто готов был терпеть все его выходки с наркотическими запоями дольше, чем пару недель. Да он никого подле себя и сам подолгу не держал. Скорее, использовал их только для того, чтобы спустить пар. А так… Постоянно возвращался к Велии, преследовал её и всё пытался склонить к инцесту. Насколько мне известно, он начал изводить где-то в двенадцать лет. И всё же надеюсь, что дальше своих преследований он так и не зашёл. По крайней мере, Велия клялась мне, что ничего такого между ними не было. И клялась весьма убедительно. Из-за чего мне пришлось верить ей на слово. Хотя, слухи о них продолжали распускать на этой почве даже после её смерти.

– А вы сами… Верите, что всё так и было? Что Винсенте не успел сделать ей ничего плохого? Как-никак он её брат, возможно даже любимый.

Всё-таки язык мой – враг мой. Я должна была уже как-то закончить эту тему, а не лезть глубже туда, куда меня никто не просил лезть. Не встреться я лично лицом к лицу с этим отморозком, возможно, бы и по сей день оставалась в лучшем для меня неведенье. Но в том-то и дело. Волей случая я стала едва не одной из главных участниц в истории с впечатляющим сроком давности.

– Конечно, мне всегда приходилось сомневаться и даже однажды устроить Винсу тёмную, пытаясь выяснить или, скорее, выбить из него правду.