Прекрасно зная, что опытные воины в любой момент защитят от чего угодно, я тем не менее чувствовала уверенность не только из — за их присутствия. Бойцовский характер давал о себе знать: я реально не боялась общаться с раздраженными и даже, можно сказать, агрессивно настроенными рабочими.

Встретившись глазами с серьезным взглядом одного из работников, вопросительно приподняла бровь. Этот мужчина был давно у меня на заметке. Сейчас Игорь Казаков — обычный работяга, но раньше трудился заместителем управляющего Гумёшевского рудника на Урале.

В будние дни Казаков одевался, как и все прочие, незатейливо, без изысков.

Полагаю, он вполне мог себе позволить пощеголять дорогой одеждой из прошлой жизни, но не желал выделяться. Однако у него это плохо получалось. Вот и сейчас он вроде бы стоял в простенькой рубашке и незатейливых джинсах, но все равно умудрялся непостижимым образом привлекать к себе внимание.

Игорь не был статен, моложав или особенно красив лицом. Наоборот — низкорослый, жилистый. Коротко стриженные темные волосы не скрывают, а, скорее, подчеркивают большие мясистые уши.

Неправильные черты лица с возрастными морщинами отчетливо говорят — мужчине хорошо за сорок. Он вовсе не похож на тех, что с первого взгляда покоряют женское сердце. Да вот только стоит посмотреть ему в глаза, мгновенно понимаешь: мужик — кремень. Лидер. Вожак.

Работал Казаков практически с первого дня открытия рудника. Для меня не было секретом, что среди рабочих своей смены он пользовался безоговорочным авторитетом: ему подчинялись, боялись и доверяли.

Досье на простолюдина Игоря Ильича Казакова я тщательно изучила: всерьез рассматривала как одного из кандидатов на замену управляющему Твердохлебову.

Он мне положительно нравился, но оставались сомнения. Уж больно плохая история случилась на его прежнем месте работы.

— Еще и малолетки по руднику шастают, — неожиданно прогудел кто — то из толпы недовольным басом, чем выдернул меня из размышлений.

Медленно отведя взор от Казакова, взглянула на стоящего чуть позади него долговязого мужчину. Бесстрастно осмотрев бледное лицо и впалые щеки, которые так сильно не вязались с низким голосом, поняла, что этого работника я не знаю.

Похоже, он из новеньких.

Меж тем, скривившись, мужчина с раздражением произнес:

— Идите отсюда, барышня. К маме и папе. Взрослые о серьезных вещах говорят.

— Извинись. Немедленно, — внезапно прозвучал спокойный голос Игоря Казакова. Повернувшись, он посмотрел тяжелым взглядом на коллегу и добавил: — Ты только что проявил неуважение к главе рода Изотовых. Поклонись и принеси извинения боярыне Софье Сергеевне как подобает.

Нахмурившись, новичок недоверчиво глянул на меня.