– Вы нарушаете сразу пять или даже шесть законов, полковник, – без всякой агрессии в голосе заметил Текумсе Фокс.
– Правда? Вы, что ли, их сочиняли?
– Нет, но они мне нравятся. А вам следует справляться со своей работой, не объявляя военного положения. Меня это немного печалит, не более того. Если я, захотев с кем-нибудь поговорить или ополоснуть руки, схлопочу затем пулю в ногу, у вас могут возникнуть кое-какие сложности с вашей собственной шеей.
– То есть вы отказываетесь…
– Пока даже не думаю об этом. Просто сообщаю: мне нравится свод наших законов. Я вам подыграю, в разумных пределах.
Все зашевелились, объединенные общей целью.
– Вы! – гаркнул Бриссенден. – Дворецкий! Как фамилия?
– Б-б-беллоуз, сэр.
– Можете отключить все остальные телефоны в доме, чтобы работать остался только этот?
– Разумеется, сэр.
– Сделайте это. Немедленно!
Беллоуз покосился на Джеффри и Миранду. Джеффри был безучастен.
– Поступайте, как вам угодно, миссис Пембертон, – пожал плечами Фокс. – У полиции нет права ограничивать доступ в любую часть дома, за исключением этой комнаты, где произошло убийство. Вы могли бы…
– Будьте вы прокляты, Фокс!..
– Полегче, полковник. Я всего лишь констатирую факт. И собирался добавить, что миссис Пембертон могла бы сотрудничать с вами, если пожелает.
– Беллоуз, выполняйте просьбы полковника Бриссендена, – сказала Миранда.
– Да, мадам.
Все снова пришли в движение, чтобы оставить полковника выполнять его работу в опустевшей библиотеке.
Восстания не случилось. Шепоток и бормотание понемногу ширились, возникнув в среде деловых партнеров, но мыть руки не бросился никто. Угловатый мужчина с впалыми щеками подошел к Фоксу спросить, кто он такой, и Фокс ответил.
Комментарии
Добавить комментарий