Пошли гудки, а у нее внутренняя дрожь опять. Женщина ответила на третьем.

- Почему трубку не брала?

Небрежный тон, уничижительные интонации. Какого черта?

- Потому что я не могу все время находить рядом с телефоном. Потому что у меня может быть много работы.

- Знаем мы твою работу – ноги перед начальством раздвигать.

Удар пришелся точно в цель. В первый момент Таню залило холодом, а потом бросило в жар. Отвратительное чувство, когда хочется спрятаться от всех, стать невидимой, просто исчезнуть. На смену ему пришла ярость.

- Какое вам дело, перед кем я буду ноги раздвигать?! Вас это как-то касается?

- А ведь я тебя предупреждала, чтобы ты держалась подальше. Но видать, тебе щенка своего совсем не жалко. Можешь ведь, и потерять… И тогда все, не обломится тебе ни гроша.

Вот теперь Таню затрясло! По-настоящему затрясло от страха.

- Что вам нужно?

Женщина цинично рассмеялась:

- Другой разговор пошел, да? Спускайся вниз, откроешь почтовый ящик фирмы в вестибюле, там есть письмо для тебя. И поторопись. А то найдет письмо кто-то другой, дело вскроется. Нехорошо получится, секретарь продает важные коммерческие секреты фирмы оппонентам. Как думаешь, что скажет твой директор?

На этом разговор прервался.

Таня закрыла глаза, зажав гаджет в руке, и застыла, нервно сглатывая. Ясно одно, шантажисты работают в паре. А она… Как же она расслабилась!

Да, первоначальная угроза уже потеряла свое значение, она сама готова было рассказать Олегу Серову про сына. Но сейчас в словах женщины прозвучала уже иная угроза! Ребенок мог быть в опасности, и это было самое страшное. Еще несколько секунд прострации, а потом она набрала тот номер, что оставил ей Олег вчера вечером, когда звал ее выйти.

Трубку он поднял сразу, как будто ждал. Молча выслушал ее сбивчивый рассказ, а потом сказал:

- Ничего не бойся. Спустись и возьми. И принеси мне. Поняла?

Поняла, конечно. Но ей же было страшно за ребенка! Паника наваливалась, набирала обороты, он там, а она здесь, и ничего не сможет сделать!

- Олег… - начала она дрожащим голосом.

И тут тихо проговорил:

- Таня, слышишь меня? За мальчика не бойся, я не допущу, чтобы с ним что-то случилось.

Он знает… Господи, он все знает… дошло до нее.

Хотелось спросить, давно? Много чего хотелось спросить, но ее переполняло единственное чувство – опасность отдалилась. Не исчезла совсем, но отдалилась.

- Спасибо, - выдохнула Таня, и пошла за ключом.

А потом на дрожащих ногах вниз, к почтовым ящикам. Там среди вороха бесплатных газет и рекламных проспектов действительно был конверт, адресованный ей. Боже, какой это был неприятный момент, какой-то липкий, Таня чувствовала себя грязной. И эти дикие скачки эмоций, они вымотали ее совсем.

Замерла на миг, глядя на конверт как на ядовитую гадину, не решаясь его коснуться.