– Сегодня утром на втором этаже вашего дома в Спасоналивайковском переулке найдена повешенной баронесса фон Шталь. Рядом с ее телом найден аграф в форме лютика голубого, ваш аграф, мадам Бабанова, подаренный графом Урсеговым…

Она невольно прикоснулась к платью, где должно быть приколото украшение. Броши не было, и платье не вечернее.

– Что за глупости! – еще сопротивлялась мадам.

– В связи с этими обстоятельствами вам предъявляется обвинение в убийстве баронессы фон Шталь, мадемуазель Бутович, Юстовой, Лабзовой и Маклаковой. Ротмистр, приступайте к обыску…

Точно исполнив инструкции Пушкина, фон Глазенап показал себя настоящим полицейским. Из старинного буфета вынул графинчик с темной жидкостью, при всех опустил лакмусовую бумажку и заявил, что в настойке имеется аконитин. Вместе с Вановским отправился на кухню и вернулся с обгорелой конторской книгой. Раскрыв, продемонстрировал зачеркнутые фамилии барышень и пузырек с порошком.

– Настоящих улик достаточно для ареста, – заявил Пушкин. – Мадам Бабанова, вы будете заключены под стражу до суда, после чего предстанете перед судом присяжных по обвинению в совершении тяжких преступлений…

Авива Капитоновна посмотрела на дочерей, будто ожидая помощи и поддержки. Гая, сжав кулачки, смотрела в пол, Астра отвернулась и кусала губы.

– Но как же так, Алексей Сергеевич… Как вы можете так поступить со мной, – проговорила она растерянно. – Такая жестокость от будущего зятя… Завтра ваша свадьба с моей дочерью… Астра, что ты молчишь…

– В данных обстоятельствах вынужден отменить свадьбу. Приношу свои извинения, мадемуазель. – Пушкин поклонился Астре и обратился к приставу: – Ротмистр, забирайте задержанную.

Чеканя шаг по мягкому ковру, фон Глазенап подошел к даме.

– Прошу за мной, – приказал он строго и без надежды на снисхождение.

Поднявшись, мадам Бабанова покачнулась. Пристав услужливо поддержал ее.

– Что вы делаете? – из последних сил обратились она к Пушкину.

– Раскрываю преступление, – последовал ответ.

В самый неловкий момент в гостиную впорхнул граф. Урсегов благоухал свежей стрижкой и бутоньеркой. Увидев пристава и городовых, он растерялся и сразу заметил Пушкина.

– Алексей, это что такое? – спросил он, провожая взглядом пристава и свою невесту, которая смотрела с немым воплем о спасении.

– Мадам Бабанова арестована по подозрению в убийствах…

Граф попятился к выходу.

– Ах, вот как? Свадьба отменяться! – крикнул он так бодро, будто нашел долгожданный повод. – Между нами все кончено! Навсегда! Прощайте!

И скрылся на лестнице.

К Пушкину метнулась Астра. Барышня кипела холодным бешенством.

– Благодарю, Алексей Сергеевич, не ожидала от вас такого…

– Вы получили то, что хотели, – ответил он с чуть заметным поклоном.