Но после их падения и окончания эпохи, когда лже-боги и Изначально-рожденные ходили среди людей, истинная магия, Магия Слов, исчезла, а искусства, созданные Talesh рассеялись по миру.

— Но, Хранитель, ты ведь умеешь разговаривать с огнем!

— Да, умею. Но я знаю всего одно слово, Хаджар Дархан. Лишь одно… в то время, как истинные Маги Слов, умели говорить на этом языке так же свободно, как сейчас я с тобой. И если сейчас тот, кто познает Пятую Форму Слова Воды сможет управлять дождем, то настоящие Маги Слов умели говорить с каждой каплей дождя — знали её вечно изменчивое, истинное имя.

— Имена могут меняться?

— Конечно могут! Все мы живые — не высеченные из камня, меняемся. Но даже камень обласканный ветром, источенный водой, меняется, а вместе с ним — и его имя.

Проклятье… меняющиеся имена? Изменчивый мир и Магия Слов? Даже для него — Рыцаря Духа, познавшего Королевство Меча стадии Графства, это было что-то слишком и через-чур сложное.

— Во времена, когда лже-боги воевали за власть, когда они построили свой Яшмовый Дворец и создали Химеру, один из Истинно-рожденных закончил свой путь. Его тело превратилось в океан, который пролился на головы людям. И те, кого он коснулся и в ком нашел отклик, обрели Магию Слов. Так появились Talesh. Наши угнетали.

— Но как это связано с моим поиском второй половины души?

— Напрямую, Хаджар, — Хранитель вновь поправил хворост и потянулся телом к огню. — У всего есть свое имя. Так же, как оно есть и у Изначально-рожденных. Тех, кого не обладающие знанием, называют “стихией”.

— Гора Стихий, — догадался Хаджар.

— Совершенно верно, — кивнул старик. — Это родина этих великих сущностей.

— Родина? Но если так, то она…

— Находится в мире, который ты знаешь, как Мир Духов, — Хранитель не изменял себе и вновь перебил Хаджара. — Мир Духов меньше нашего, но он не постоянен и изменчив. То, что в один момент было озером, может стать небом, а небо — травинкой в бескрайнем поле.

В это Хаджар мог поверить. Его краткое путешествие по Миру Духов, если так можно назвать ту экскурсию, подтверждало слова Хранителя.

— Осколок твоей собственной души оказался в этом изменчивом мире. Вместе с Изначально-рожденным, чье имя ты не можешь вспомнить.

— Откуда…

— Метка, на твоей спине. Уродливый знак, созданный химерой, сродни той, что ты носишь внутри себя. Но если последнюю создали лже-боги, то первая — результат стремлений человека. Слабая и хлипкая, она, тем не менее, достаточно сильна, чтобы отрезать тебя от Изначально-рожденного, с которым ты связан через половину своей души.

— Значит, чтобы отыскать самого себя, мне нужно сперва сбросить эту метку?

— Именно так, — кивнул старик. — Но, разрушив её, ты лишь сделаешь первый шаг. Будь готов, Хаджар Дархан, что когда она падет, твой меч станет слабее.