Её потоки энергии сбились с привычного ритма и она не смогла использовать технику.

Маленький трюк, который ему показывал когда-то Орун. Тогда, при помощи нейросети, он его записал максимально четко и несколько ночей, после получения королевства, отрабатывал в обучающем режиме.

— Что ты творишь, Дархан?! — Том, та же обнаживший клинок, не рискнул использовать технику.

— Смотрите, — Хаджар указал острие Черного Клинка на элемента."

"До атаки Гэлхада создание выглядело как четырехметровые торнадо, в котором четко угадывались две ноги, руки, голова и, почему-то, оголенный позвоночник.

Но когда за его спиной взорвался вихрь силы голубого цвета, то вихрь начал видоизменяться.

Нити силы Гэлхада начали втягиваться в тело существа. Они проникали в его “плоть”, струились по потокам ветра, а затем вливались в руки. В правой появилось длинное голубое копье, в котором сверкали белые разряды молний. Левая же рука вытянулась, стала расширяться, пока в шаре серого ветра не появился куб синего цвета.

Элемент, еще мгновение назад безоружный, обзавелся громовым копьем и молотом. И выглядели они отнюдь не безобидно.

— Да какая же у этой твари ступень развития? — прошипел Карейн.

Приняв защитную стойку, он выставил перед собой широкую саблю, одновременно сочетавшую в себе длину меча и ширину палаша. Выглядела она максимально необычно — подобного ей оружия Хаджар еще никогда прежде не видел.

— У неё нет ступени, — ответила Рекка. Сероволосая девушка, обнажив два узких клинка, она внезапно вонзила их в землю перед собой. — Это аномалия джунглей Карнака. Чей-то осколок сознания, слившийся с самой стихией.

Хаджар, услышав слова младшего офицера корпуса стражей, вздрогнул. Это напрямую ассоциировались с тем, что он узнал благодаря наполовину провальному ритуалу Посвящения в племени Шук’Арка.

— Вааааааар! — прогрохотала тварь и швырнула громовое копье.

Оставляя позади себя всполохи молний, оно мгновенно преодолело скоростной порог, отделявший технику Небесного уровня от Императорского. И вся эта мощь после лишь одной атаки Гэлхада.

— Черепаший Панцирь! — прозвучало рядом с Хаджаром.

— “А это что-то новенькое!” — только и успел подумать.

Вокруг Эйнена закрутились мистерии Оружия в Сердце, сам он мгновенно покрылся радужной броней, под которой набухла чернильная обезьяна.

В итоге, закованная в радужную броню — с нагрудником и шлемом, четко оформленная горилла, с клыком-копьем в лапах, внутри которой стоял островитянин, одним прыжком оказалась на пути громового копья.

Если прежде Эйнен призывал огромного, пяти, а то и семиметрового монстра, то теперь горилла была даже ниже Гэлхада. Но её плотность просто поражала.