Он с приятелем отступил, марая свою одежду кровью из порезов. Язычки пламени закружились над нами. Первый ударивший всё ещё дёргал мой щит и орал. Мне приходилось напрягаться, чтобы устоять на месте и не дать вывернуть свою руку: Многоликая к предплечью прикрепилась намертво.

Жаждущий выстреливал лезвиями, силясь дотянуться до отступивших вампиров. Вены на их бледных лицах чётко выделялись синеватым узором, глаза были совсем дикими.

С разочарованным звоном лезвия легли на пол. Но это уловка: Жаждущий выжидал, когда добыча ошибётся. Следить за этими двумя я позволила ему, наконец развернувшись к первому нападавшему.

Поверх металлической кромки я видела его налитые кровью вытаращенные глаза. Брызги крови стекали с его щеки. Он боялся — это было очевидно. И он не пытался вырвать мой щит, похоже, это Многоликая схватила его и не отпускала. Судя по непрекращающемуся крику — держала больно.

Все трое, похоже, были относительно молодыми, иначе мне не удалось бы отбить их атаку так легко.

Резкий рывок чуть не опрокинул меня — вампир, наконец, отскочил. Из обрубка его руки хлестали фонтаны мерзко вонявшей крови.

Кисть и предплечье с неестественно звонким «бах» упали к моим ногам, и Многоликая зашипела, словно десяток змей.

Пока вампиры пялились на меня, не решаясь подобраться ближе, я метнулась в сторону и перегородила им путь к лестнице.

— Ну что, пиявки, поговорим? — предложила с улыбкой."

"Маленькие огоньки летали надо мной. В принципе их присутствие можно объяснить действием огненного амулета, бронированную чешую от небронированной в таком сумраке не дракону отличить сложнее, Многоликую реально выдать за голема, так что если передо мной вампиры кантонов, убивать их необязательно.

Хотя очень хотелось, и Жаждущий вибрировал от возбуждения.

Оторванная рука была странного серого цвета, не только плоть, но и рукав.

— Ну же, пиявочки, вам даже говорить со мной страшно? — ухмыльнулась я. — Давайте, говорите, откуда вы здесь и почему напали на других существ?

Они оскалились, но, если верить справочной информации по вампирам, эти красные глаза и посиневшие вены — это не крайний голод, они должны себя во многом контролировать. Подкормились уже, твари.

Рванув вперёд, я ударила Жаждущим.

Семь лезвий изогнулись в безумном танце, вытянулись и обмотались вокруг руки рефлекторно прикрывшегося ею вампира. Тонкие лезвия срезали куски плоти, но крови почти не было: Жаждущий оголодал.

— Ну же, говорите! Кто? Откуда? — рычала я.

Пойманный вампир забился, лезвия высасывали его кровь.

— Отвечайте! — рявкнула я: мне нужно было, чтобы эти твари говорили — я хотела узнать их звук.

Вдруг последний не пострадавший вампир схватил своего безрукого товарища и швырнул в меня.