Люди улыбались, замечая иллюзорных бабочек, а один лоточник даже подарил нам по прянику:

— Ура целителям, — рассмеялся он.

Да, иллюзорные бабочки на выпускниках были исключительно нашей традицией. И, что уж скромничать, каждый выпускник мечтал о том дне, когда пройдет по Кальстору, окруженный искристыми иллюзиями."

"— Знаешь, а все не так и плохо, — сквозь пряник выдала Нольвен. — Я устроюсь на работу в дом исцеления. А там видно будет. Может, скоплю на платное образование.

— В военку не хочешь? Она дешевле.

— В военку надо сейчас поступать, — вздохнула Нольвен. — Для учащихся, пропустивших несколько лет, там слишком серьезные экзамены. У них ректор с особо садистскими наклонностями. Был же выпуск в газете, где он пояснил, что: «Если кто-то считает, что может пропустить несколько лет и потом прийти как ни в чем не бывало, он должен доказать, что он — лучше всех».

— Ничего себе. — У меня аж мороз по коже пробежал. — Я это как-то упустила.

А ведь изначально Стевен предлагал и такой вариант — взять год на обустройство дома. Пожениться, обжиться, а потом продолжить учебу. Но я сразу отказалась. Ну что за глупости — терять год?

— Ты хмуришься. — Нольвен ткнула меня локтем.

— Стевен предлагал год отдохнуть от учебы, — криво улыбнулась я.

— Ну, Мэль, согласись, — подруга доела пряник и заклятьем очистила пальцы, — мы уже поняли, что он к-к-королевский парнокопытный. Отец-Хаос, я же с ума сойду!

Поперхнувшись смешком, я согласно кивнула:

— Да, мы уже поняли, что он парнокопытный. Вот только мне стало запоздало страшно.

— А вот и домик твоей бабушки, — радостно произнесла лисонька. — Интересно, сегодня будут блинчики?

Старшая квэнни Конлет жила недалеко от нас. Уютный особнячок, окруженный немного запущенным садом: растениями квэнни занималась сама и только по настроению. Впрочем, особой прислуги у бабушки не было. Две молодые женщины приходили раз в неделю убраться, и Танира прибегала — сготовить. Но последнее — в строжайшей тайне.

«Знаю я твою бабушку, если не сготовлю, то она будет жить на одном кофе и сухофруктах», — ворчала Танира и, собрав сумку, сбегала через черный выход.

Толкнув скрипнувшую калитку, я ступила на мощеную дорожку, ведущую к широкому крыльцу-террасе.

— А я все жду и жду, — хмыкнула квэнни Конлет, сидящая на перилах. — Чего без сумки-то?

Не дожидаясь моего ответа, бабушка спрыгнула с перил и поманила нас за собой:

— Стол накрыт, девоньки.

— Вот сколько раз вижу твою бабушку, столько же раз и… — Нольвен запнулась и после паузы продолжила: — Восхищаюсь. Фигура как у юной девушки, характер как у порождения Хаоса и голос — то мелодичный, как у феи, а то зычный, как у моего дяди.

Я только руками развела: бабушка была очень особенной.