Страх взял за горло холодной рукой, но я от него отмахнулась и продолжила:

— Эй! Ты хоть отзовись, что ли! Или ты немой?

В ответ донеслось еле слышное фырканье.

— Ну по крайней мере, не глухой, — пробормотала я.

Сердце испуганно колотилось в груди, а язык, как всегда в таких случаях, болтал невесть что. Я пыталась разглядеть ночного гостя, но кроме светящихся глаз ничего больше не увидела. И почему не догадалась лампу в прихожей включенной оставить? И шторы, как назло, задернула.

— Может, скажешь что-нибудь?

Незнакомец не подавал ни звука.

— Нет? Ну хоть анекдот вспомни, чего без дела-то стоять?

Темнота чуть слышно вздохнула. Помолчала. Вздохнула еще раз. А потом раздался тихий шорох, и загадочные глаза исчезли.

Вместе с ними исчезло и мое глупое бесстрашие. Руки задрожали, дыхание сбилось, по телу прокатился озноб.

— Эй! — тихо позвала я. — Ты еще здесь?

Ответом мне была глухая тишина.

Осторожно поднявшись, включила свет и огляделась. Никаких следов ночного гостя.

Может, показалось?

Еще раз внимательно осмотрела комнату, выглянула в гостиную, не поленилась осмотреть кухню и проверила входную дверь. Все закрыто.

М-да. И что это было? Привидение? Неужто дядюшкин дух пожаловал?

Я покачала головой, вернулась в спальню и легла. Подушку переворачивать не стала. И шутливого желания познакомиться с женихом больше не изъявляла.

Утро ворвалось в мой сон истошным мяуканьем и грохотом разбитой посуды.

— Крыся! — подскочив на постели, вызверилась я. — Что ты опять натворил?!

Пушистое чудовище обнаружилось на кухне. Кругом валялись осколки тарелок, а кошарик сидел на шкафу и истошно орал.

— Ну? И чем тебе полка с посудой помешала?

Ор перешел в обиженное мяуканье.

— Да? Голодный? А подождать — не вариант?

— Мря-а, — рявкнул Крыся.

Господи, не кот, а настоящее стихийное бедствие.

— У-у, рыжее злосчастье!

— Мря-у!

— Поговори мне еще! Знаю, что тоже рыжая, но это не дает тебе права...

За спиной раздался кашель.

Оборачиваясь, я уже догадывалась, что увижу. Ну кто бы сомневался? Снова она. Пуговица. Черная, гладкая, с дырочками.

— Что? — не хуже Крыси, рявкнула я.

— Развлекаетесь? — уточнил мой неотвязный кошмар.

— Чего надо?

— Зашел узнать, не появились ли в вашей голове умные мысли?

— Других в ней и не водится. Что-то еще?

На стол легли семь аккуратных пачек.

— Что это?

— Деньги.

— Знаете, я была более высокого мнения о вашей сообразительности.

— Ладно.

На стол легли еще три пачки.

Я внимательно посмотрела на них, перевела взгляд на этого... И молча наклонилась за совком.

Тишину комнаты нарушил звук высыпаемых в ведро осколков.

— Упрямитесь, — задумчиво констатировал незнакомец.

Я согласно промолчала, продолжая сметать фарфоровую крошку.

Входная дверь громко хлопнула, заставив меня вздрогнуть.