Исковерканные скульптуры калеками войны взирали на былое величие с тоской и печалью. Можно было понять.

Ириска не сразу, но осторожно поинтересовалась, есть ли у меня план. Не желаю ли я поддаться сплошному глупому порыву и сунуть голову в самое пекло просто так?

Десять хорошо вооруженных бойцов, четыре дроида с резиновыми пулями… Восемь бойцов, три дрона с резиновыми пулями: два тела остались лежать немым напоминанием, неподалеку чадили обломки механоида.

Сверился с точкой — не так уж и далеко. На девчат могли напасть раньше, чем они добрались до пункта встречи? Или они отступали?

Хотел бы я, чтобы места сражений источали руж-волны, прямо как артефакты Восьми — читать судьбу своих подопечных было бы проще.

Сейчас сложно, но не невозможно.

На стене чуть дальше россыпь отметин — дробовик Влады дал залп. Сейрас пряталась за обломками — выдают пистолетные гильзы. Ната подстрелила обоих бойцов, зайдя со спины — след ее ботинок, тридцать шестой размер. Молодец, девчонка!

А вот дальше все пошло не так гладко.

Железный фонарный столб повален, будто срезан. Гладкие, расплющенные края — били из чего-то крупнокалиберного. Отметина в асфальте напоминала маленькую воронку.

Шарики резиновых пуль — первой подстрелили тоже Нату. Оказалась как на ладони.

Чуть дальше клок камуфляжной ткани — Влада вжалась в стену, но второй беспилотник настиг ее с фланга — тяжелый, трехпалый отпечаток посреди дорожной пыли. Повезло, что ветер не стер его

Брызги крови на стене, нож в траве. Сухой. Клок шерсти чуть дальше — кто-то из этих карсиров решился напасть на волчицу. Поплатился рваными ранами за глупую смелость.

Волчицу не ранили, лишь обстреляли резиновыми пулями. Лена держалась под их градом долго — отстрелянные детали от шагохода, масляные брызги — огрызалась из винтовки.

Последней взяли Сейрас. Два дроида.

На лестничном пролете то, что я принял за каменные развалины, оказалось еще одним беспилотником. Как бы ни звалась магия остроухой, она заставила дроида развалиться на части, едва он успел сделать несколько шагов.

Тащили их по земле без церемоний, злые за гибель товарищей карсиры хотели бы отделать оглушенных девчат. Или попасть в когорту военных преступников Ю-7.

Фелиция оказалась строга к подчиненным, не позволила. Женская солидарность? Я так не думал."

"Я перескочил сквозь раму битого окна, вновь оказался на улице.

Отметины шин на грязи — неправильно припаркованные грузовики забуксовали. Черт.

Если так, то девчата угодили в мясорубку Царената. Жалеть поздно, каждая из них знала, на что шла.