Пленник взбеленился, ударил по ногам, в один отчаянный прыжок умудрился встать. Белка бросилась к нему, но он саданул ей головой в грудь. Я растерялся лишь на миг — ему хватило и того, чтобы оказаться у окна. Медлить не стал, сдавил спусковой крючок."

"Забившееся в конвульсиях тело перегнулось за раму, вывалилось наружу под собственной тяжестью. Шлепок, раздавшийся мгновением позже, заверил, что падение было не мягким, пациента можно не проверять.

Ствол «Буяна» в руках Белки дымился — она стреляла вместе со мной.

— Что такое 7-Ю? — спросил, снова сверившись с документом.

— У Царената есть обозначения и подклассы для преступлений, Макс, — тяжко проговорила она. Задумчиво хмыкнул, подобного ответа можно было ждать от заучки-Наты. Белка же была совершенно другой.

Видимо, для нее в самом деле больная тема…

— 7-Ю, так в Царенате обозначают коллаборантов, пойманных на насилии.

— То есть?

— Насиловал девушек сразу же после того, как их обращали в вещь их чудовищным царенатским… обрядом. Так понятней?

Мое невежество ее раздражало. Белка покачала головой, спеша успокоить саму себя. Подошел к ней ближе, дал возможность уткнуться мне в грудь. Погладил по волосам, заключил в утешающие объятия.

— Я думала, нам крышка, Макс. Думала, что все. Совсем. Это как когда ребенок тонет и вдруг осознает, что неоткуда взяться спасительной руке родителя.

Прекрасно ее понимал. Ловил себя на точно таких же чувствах с десяток, а то и больше раз. Когда смотришь смерти в лицо, мысли бывают всякие.

— Значит, улица Кончатовых, дом тринадцать? Там должна была состояться встреча?

Протестующе потрясла головой.

— На три дома раньше, в другом дворе. Не стали далеко уходить. Макс, что нам теперь делать? Если девочек взяли в плен, их…

— Будут пытать до посинения?

— Нет. Царенатцы искусны в умении развязывать языки. Они сделают их послушными рабынями, и они обо всем расскажут сами. Если те уже не знают всего от этой… Фелиции.

Позвал Ириску, попросил обрисовать карту развалин. Ириска лишь покачала головой в ответ: от общей сети она отрезана, а в ее блоке памяти об этом ничего. Как же тогда другие девчонки знали, куда идти?

— Эти развалины, — я на миг выглянул в окно, глянул вниз. Предатель-Агапонов никуда не делся, распластался по земле. — Что здесь такое было?

— А ты сам не догадываешься?

Пришлось признаться в невежестве. Белка выдохнула, но продолжила:

— Это бывший Вратоград, — название ничего мне не сказало. Мало ли как в другом мире зовутся города. Вмиг меня кольнула неприятная догадка.

Вратоград, коллаборант- Агапонов, рабы со знанием русского языка.

— Здесь был наш город!

— А ты догадлив, — она позволила себе горькую усмешку.