Я долго и упорно исподволь приучал короля к мысли о том, что моя дочь — это лучшая кандидатура на роль супруги для его сына. И все вроде бы получалось, пока к делу не подключился граф Дали. Все мои планы пошли прахом. Был составлен договор о помолвке и последующем объединении государств. Тогда с большим трудом я уговорил дочь на брак с молодым графом Дали. Уж его-то заставить потерять голову от моей дочери я мог.

И вот моя крошка наконец-то согласилась, что Владли, являясь другом и советником принца, тоже довольно неплохая кандидатура. Но тут нашему венценосному самодуру пришло в голову оригинальное решение, и он отослал из дворца наследника и его друга на целых полгода. Они, видите ли, поехали в рейд по крепостям. Владли стал для меня недосягаем. Отозвать его ко двору король не согласился, а потом я узнал, что возвращается он уже женатым, и не просто женатым, а заключившим нерасторжимый брак. Естественно, его жена должна была умереть. Второго провала мне бы моя девочка не простила, а она для меня единственный свет в окошке, единственный мой ребенок, поскольку в силу некоторых обстоятельств детей, кроме нее, у меня нет и не будет.

— Зачем стреляли в Айвенлин? Кому предназначалась отрава?

— Находясь в состоянии, близком к неконтролируемому бешенству, я неправильно дал установку убийцам, велев стрелять в прибывшую в свите принца женщину. Стрелков было два, женщин тоже две. А что касается отравления, все просто… Раздосадованный неудачей, я решил хоть как-то отомстить за порушенные планы. Мне было уже все равно, кто из вас погибнет. Моя ненаглядная дочурка билась в истерике, а король и граф, недолго и несильно повозмущавшись самоуправством наследников, согласились с их выбором, на свою беду, слишком быстро.

— Но ведь вы и так были фактически у вершины власти, чего вам не хватало?

— Я обещал своей маленькой девочке, что она станет королевой, и не сдержал обещания.

— Как же глупо… Боги! Воистину, если вы хотите наказать человека, вы отнимаете у него разум. Вы глупец, герцог. Вам нужно было просто вовремя выпороть вашу истеричку и жить дальше. Теперь же вы покончили и со своей жизнью, и с ее тоже. Потому что вы умрете здесь и сейчас, а ее отправят в монастырь, где она и умрет, вознося молитвы или, что правдоподобнее, проклятия, вспоминая вас. Ваше величество, господин граф, у вас есть какие-либо еще вопросы к герцогу? — обернулся Кристиан к нам. Спрашивайте сейчас, ибо магистра такой силы оставлять под присмотром обычных стражников, да еще и в окружении простых людей, нельзя.

— Вопросов нет. Есть глубокое разочарование и чувство недоумения.