– Пару часиков смогу, а потом мы с Антоном пойдем в кино, начало в двадцать два тридцать!

– Капец вы, полуночники, а в выходной пораньше нельзя пойти что ли? – я старательно впихивала в сумку спортивную одежду.

– В выходные он на сутках, и ему очень нравится этот фильм, – ответила Стеша, разглядывая себя в зеркальце.

– И что за фильм?

– Да фиг знает, какой-то фантастический боевичок…

– Ну, ты даешь, идешь и не знаешь, какой фильм ему нравится!

– Ха! Заметь, я иду на не пойми какой фильм, содержание и название которого даже не знаю! Вот что значит, парень мне нравится!

– О да, ты просто приносишь себя в жертву! – мы, смеясь, вышли в коридор и прошли в другое крыло, где занимались дети. Моя дочь стояла рядом со своим тренером по современным танцам, молодым парнем лет двадцати.

– Мама! – она буквально взлетела на меня.

– Здравствуйте, Настя, – поздоровался Глеб.

– Здравствуйте, – хором ответили мы со Стешкой.

– На следующей неделе во вторник у нас будут соревнования, так сказать подводим итоги года, ваша дочь будет возглавлять одну из групп, так что обязательно приходите! – сказал он.

– О! С удовольствием! – я кивала головой очень и очень усердно, и на дочку посмотрю, и от йоги избавлюсь.

Пока я прогревала машину, Стеша побесилась с Катей возле огромного сугроба. Потом мы помахали Стешке, я подождала, когда она уедет на своем бабомобиле «Матизе» и, скрепя свой родной колымагой, покатила домой.

Там мы с Катей по очереди искупались и теперь занимались невероятно вредным делом – на ночь объедались борщечком. Наверняка йога этого не одобряет. Плевать. Мне еще предстояло сварганить что-то на завтра, и на работу взять отобедать, и на ужин оставить. Я мысленно перечисляла что у меня в холодильнике вообще есть. По-моему там нихрена не было.

Я протяжно вздохнула. А потом решила отварить макарошки, а утром забежать за сосисками в магазин. Если успею. В памяти всплыл образ Васильича.

– Ма! А девочки в садике мне сказали, что нет такого имени Стеша! А я им говорила, что есть, но они мне не поверили.

Катя усердно грызла свиное ребрышко из борща.

– Малыш, такого имени нет. Стешу, на самом деле, зовут Степанидой, представляешь! Но она не очень любит свое полное имя, поэтому предпочитает, чтобы ее называли Стеша…

– Ма, мне кажется Степанида какое-то собачье имя, – раздумывая, сказала Катюха.

Я похихикала, двигая к себе кружку чая. Вот Стешка была б «рада» услышать такой вердикт от своей крестницы.

В последующие дни ничего примечательного не произошло. В один из вечеров мы с Катюхой заехали к подруге Иринке, у которой я позаимствовала красное платье. В последнее время Васильич рвал и метал, и не хотелось бы его злить, если он в курсе пожелания ведущего. А он явно в курсе.