Последний десяток шагов мы проделали в тишине. На моем языке вертелся десяток-другой вопросов, но знала, что больше ответов сегодня не получу. Испытывать лишний раз терпение Шейрана Ферта определенно не следовало.

Я остановилась на дне большой котловины, заросшей корявыми деревцами. Ноги по щиколотку утопали в грязи, на сапоги комками налипла грязь…

— И как выглядит этот твой анник? — В голосе Ферта звучала неподдельная заинтересованность.

Неужели виконт решил мне помочь с поисками?..

— Стебель высотой по колено, толщиной с палец. Листья редкие, маленькие, причудливо изрезанные.

Сам стебель покрывает матовый серебристый налет, который и дал название растению.

— Мое колено или твое? — деловито уточнил Шейран.

— Мое.

Удивительно, но анник первым нашел виконт. Уж не знаю, как он его в этих зарослях углядел, я бы в жизни не заметила.

— Ты не мог бы отвернуться?

Шейран в немом вопросе приподнял брови.

— Мне надо обработать свои… э-э-э… раны. — От мысли, что опять придется раздеться перед этим страшным человеком, кровь прилила к щекам, а уши так и вовсе, наверное, стали пунцовыми.

Утешало одно — в кромешной тьме Шейран не мог заметить моего смущения.

— Что-то слишком часто я вынужден поворачиваться к тебе спиной, — заметил Ферт и криво усмехнулся. — Надеюсь, мне не придется об этом пожалеть.

— Спасибо.

Я сломала стебель анника, а затем отбежала на несколько шагов от черноволосого мужчины. Спряталась за разлапистой елью. И начала обрабатывать свои безвинно пострадавшие части тела…

Когда мы вернулись в лагерь, часовой многозначительно усмехнулся в бороду, а затем отвернулся, будто ему нет до нас никакого дела.

Со стороны наша с виконтом отлучка в лес посреди ночи выглядела весьма недвусмысленно.

Лорд задумчиво посмотрел на светлеющий небосклон и сказал:

— Подъем через полчаса. Не знаю, как ты, а я намерен вздремнуть.

Шейран устроился на своем ложе из лапника и сразу заснул. Я же так и не смогла сомкнуть глаз.

Девчонка все-таки оказалась ведьмой, теперь у Ферта не было ни малейших сомнений. Надо держать с ней ухо востро, мало ли на что способна маленькая травница.

Большинство ведьм на деле оказывались совершенно беспомощными созданиями — им нечего было противопоставить своим обидчикам.

Недаром в Эрлии одаренных почти не осталось.

Что может маг-самоучка? Заговорить кровь, помочь роженице, вылечить скотину, отвести сглаз, погадать на суженого-ряженого… На этом таланты ведьм исчерпывались.

Но Алана… было в ней нечто такое… Мужчина не сомневался: рыжий олененок еще не раз его удивит.

Да что там, уже этой ночью девчонка преподнесла ему сюрприз. Далеко не каждая дипломированная чародейка сможет уговорить лес открыть свои тайны.